Уровни магии меняются по жизни, в соответствии с расширением потенциала мага. Так есть маги седьмого уровня с потенциалом 5-ого. Но не развиваются и остаются на 7-ом. А есть те, кто уже развился и прыгнул на 2–3 уровня вверх, но выше уже не могут — предел возможностей.
— Герцог родился с 5-ым уровнем, уже в 4 года был на 4-ом, прикинь! — восторгался Арти снова, — К 19 получил Зий, когда умер его отец, скакнул сразу на два уровня, что большая редкость. Преодоление 4-ёх уровней такой сложности в течение всей жизни… — начал умную мысль Арти, — …Это круто до кровавых соплей!
Да уж.
То-то я смотрю, Хозяин — псих и манипулятор с пристрастием к тирании… Поэтому, наверно, этот садист пару дней назад выкачал из меня почти всю кровь и устроил допрос с пристрастием.
Я испытываю страх к нему, помимо осторожности и любопытства. Он может быть очень жесток, это видно по некоторым чертам лица, а когда он смотрит на меня в свойственной ему повелительной манере, не предусматривающей сопротивления… это жутковато. Я нахожусь здесь недолго, но что я точно знаю, так это то, что есть объективные причины бояться этого человека.
— А что за клумба у тебя сегодня была перед комнатой? — отвлёк меня Артемис, — Я, так понимаю, бал прошёл «на ура»?
— Угу, — только и буркнула я.
— И ноги никому не оттоптала? — продолжал ехидничать он.
— Артемис, не нарывайся!
Порог моей комнаты этим утром был заставлен причудливыми букетами цветов и корзин со сладостями. Я не знаю язык цветов и не вижу смысла в него углубляться, поскольку у разных народов значения могут сильно варьироваться. Например, у меня на Родине гвоздики носят на могилы, а в Европе — это знак бешеного внимания. Что ждать от вообще незнакомого мира, когда таких цветов я даже не знаю? В общем, слава Богу, меня научили не читать язык, исходя из геолокации и обычаев местных, а видеть то, что чувствует человек, дарящий цветок или букет. И сегодня я вижу слепое восхищение и похоть, очень много похоти. Цветы, выбранные богатыми эгоцентричными и испорченными господами, а самые кричащие из букетов были с карточкой, содержащие подпись «В надежде на продолжение встречи. Дж. Сальтерс». Можно сделать вывод: эффект достигнут, именно этого я добивалась, именно это хотел от меня Хозяин. Правда один букет выбивался из общей массы: нежный и робкий, мне понравился. Если бы я любила цветы, то наверно была бы рада таким подаркам, а если бы не имела вкуса, то и подавно. Но я всё ещё я, чему рада признаться, поэтому собрав в охапку все цветы, кроме моего фаворита, открыла окно и отпустила их. В этот момент меня посетила мысль «Они всё равно не будут радовать мне глаз», которая, как выяснилось позже, чётко соответствовала правде.
— Знаешь какой слух прошёл? — Артемис показал свою истинную натуру, оглашая дворцовые сплетни, — Вчера на балу Сальтерс предложил возобновить традицию турнира за благосклонность Белой Розы.
— И что это значит? Звучит нелепо…
— Белая Роза — это завидная невеста. Раньше конечно имелась ввиду непорочная дева, но где их непорочных взять? — усмехнулся мой собеседник, — Рыцарский турнир это в общем.
— Старо как мир, — фыркаю я, ожидая какой-то интересной новости, но на деле ничего любопытного в этом нет.
— Глупышка! Это большие игры, это спорт! Там столько соревнований, что сложно припомнить все! Такое проводили в последний раз при Феликсе Блэквелле.
— Дай догадаюсь: выиграл его сын?
— Верно. Младший.
О-па!
— А есть старший?
— Был. Умер. Но это было очень давно. Вряд ли Элайджа Блэквелл успел к 15 годам поучаствовать в играх Белой Розы. А вот Герцог в свои 17 их выиграл. Кстати Белой Розой была Ирэн Барко, племянница покойного Маркиза, через пару лет они поженились. А ещё через год её убили. Первая жертва Синей Бороды.
Боже, я запуталась! Элайджа Блэквелл умер? Что за Синяя Борода? Тьфу, реально мозг задымился!
— Ты зачем меня путаешь!? — вслух возмутилась я, — Так что с этими играми? Их возобновят?
— Нет. В Сакрале закончились девственницы! — громоподобно рассмеялся Артемис и опять в меня прилетела слюна, — Шучу. Нет, Совет не будет скидываться на проведение турнира, это дорого, а они скупердяи. Но не в этом суть! Сальтерс ведь предложил твою кандидатуру на Белую Розу.
Теперь смеялась я, и моему веселью не было предела!
— Бред!
— Разумнее, чем бороться не на жизнь, а на смерть ради давалки-Гринден!
Я видимо ничего не смыслю в местном юморе, потому что Артемис снова заржал, как лошадь. На его глазах даже навернулись слёзы от смеха, а я всё сидела и смотрела на его истерику без малейшего желания вникать в подробности интимной жизни Графини Аннабель Гринден.
И тут в моей голове всплыла та маленькая деталь, которая не давала мне покоя. Рука невольно потянулась к медальону на шее:
— Арти… — позвала я, а он обратил на меня свои смешливые глаза, — Какой девиз у семьи Блэквеллов?
— Это просто — «данное слово держу».
Ммм… и причём здесь «Вопреки»?
— А почему я этого девиза не видела нигде на гербе Лорда Блэквелла?
