В его карих глазах нет ничего внушающего надежду на спасение человечества от гиены огненной: он пустой, алчный и подлый. С ним два мужчины совсем не запоминающейся наружности и женщина (вот у кого цыганские корни, а вовсе не у меня!) Красивая молодая женщина с очень смуглой кожей, тёмными пушистыми вьющимися волосами, красивым лицом и голубыми глазами. Очень красивая, но через чур худая, ведь намёка на женские формы у неё и в помине нет.
— Ловлю на слове, — говорит в это время Хозяин, — Энтони, это Леди Алиса Лефрой; Алиса, это Лорд Энтони Саммерс из Кэмптона с супругой Линорой Деметрией Саммерс, — он сделал паузу и посмотрел на Линору как-то задумчиво.
О чём он думал я без малейшего понятия, но Баронесса пялилась на него так откровенно и пошло, что я хотела сделать ей лоботомию. Эта тварь не стеснялась своего мужа, всё в ней (поза, мимика, взгляды, вздохи) говорили Винсенту «Возьми меня!». Лоботомии мало, ещё препарировать, линчевать и…
…И я делаю учтивый реверанс, делая заметку моментально: этот Энтони мне и раньше не нравился, судя по отзывам Марка и Дрейка, а также статей в «Гермесе», но теперь я подкрепила ранние выводы своим личным наблюдением. Остальные мужчины в его компании были до кучи записаны в список тех, кого бы я посадила на кол, а его блядина вообще на гране того, чтобы я пустила в ход саи.
Мои новые знакомые разглядывают меня абсолютно беспардонно и высокомерно. Баронесса многозначительно облизала губы (я не удержалась и закатила глаза. Да, леди себя на не ведут. Слава богу, что я не леди!) и куда-то удалилась. Скатертью дорожка!
Я бы обрадовалась её уходу, но как оказалось, лишь присутствие Линоры-возьми-меня-прямо-здесь сдерживало словесный понос из пошлостей у Барона. Он заговорил, как будто меня тут вообще нет:
— Она совершенство, Блэквелл! Это она твоя передовая подневольная исполнительница желаний и цепная псина? Одолжи мне её на вечерок…
Хозяин смотрел на своего собеседника с удивлением:
— Губу свою охуевшую закатай, Саммерс.
— Уступи, а я тебе отдам половину своей срочной армии? Соглашайся, от такого не отказываются!
Винсент… думает?
Паника. Я уже пообещала ему отдаться, но неужели он разделит меня с кем-то ещё? Нет… Винсент Блэквелл не делится своими любовницами.
Хочу убить этого подонка Саммерса, здесь и сейчас.
Испепелить Квинтэссенцией к чёртовой бабушке! Но едва собрав разряд в здоровой руке, понимаю, что руку этого дебила сдерживает в мёртвой огненной хватке разъяренный Блэквелл, оставляя ожог на месте прикосновения.
Я киплю от гнева. Вот опять, дыхание перехватило, грудь сковало, холод в руке. Но в этот раз сильнее.
— Так бы и сказал, что она твоя! И держи её на привязи, я тебя предупреждаю!
— Моя. — сквозь зубы рычит на Энтони Саммерса он.
— Всё-всё! Отстал! Не кипятись, мы не враги.
— Иди к дьяволу!
Этот мудак уходит. Мне срочно нужно на воздух или хотя бы маленькую молнию. Если ток не пробежит по телу, я задохнусь. И он проходит мелким разрядом. Чувствую тёплую руку Винсента на моей ледяной коже, он мягко держит меня за плечо:
— Ты в порядке?
— Майкл Уоррен, Майло Тайрэл, Энтони Саммерс… Какие интересные у вас друзья, сир…
— У тебя свой список неугодных?
— Да.
— А я там есть?
— Нет.
— А Алекс Вуарно?
При чём здесь Алекс!?
— Нет, как и в списках, приглашённых на сегодняшний бал.
Я думала, что на это атака закончилась, но чёрта с два, потому что Хозяин неустанно задавал вопросы:
— Почему?
— Что за вопросы!?
— Выявляю алгоритм твоих антипатий.
— И как успехи?
— Сломал голову.
— Тогда совет: не пытайтесь. Доброй ночи, — прощаюсь я, скорее бежать отсюда! Но Винсент меня перебивает.
— Ты забыла? Ты моя сегодня, и этой ночью мы спать не будем.
— Сегодня?
— А что тянуть? Хочешь, чтобы я стал импотентом от воздержания?
— Ой, да о каком воздержании речь? Второй день ваш гарем восстанавливает силы.
— У меня полно сил! — он зловеще улыбнулся, а я поёжилась, — А ведь признайся: твой план был не позаботиться обо мне, а истощить меня настолько, чтобы я перестал до тебя домогаться?
Была такая мысль, но удовольствия оттого, как он сношался с другими женщинами, я, мягко сказать, не получала.
— Не исключено, что всё именно так. Я надеялась, что вы взвоете рано или поздно.
— Не учла регенерацию, — он учтиво мне кивнул всё так же зловеще улыбаясь, — И кстати, ты обещала меня обучить магии без кристалла. Когда ты этим займёшься?
— Мне всё равно не уснуть, поэтому сегодня. Что тянуть?
— Нет, сегодня у меня на тебя другие планы!
— После секса вы перестанете меня воспринимать, поэтому урок заведомо обречён, вам это надо? Что для вас важнее, Герцог? — вызывающе спросила я, зная заранее, что он выберет долг, как бы сильно он не хотел секса.
— Тогда… сегодня урок. И тогда пусть это будет зал переговоров, где мне легко концентрироваться на делах…
— Слава богу, что не увижу вашу южную спальню.
— Чем она тебе не угодила?
