— Чёрта с два, решайте сейчас! — вспылила она, но потом осеклась и успокоилась. Ей было неловко за свою вспышку, и она попыталась убрать напряжение фразой, — У вас не подданные, а сборище дегенератов, что тут решать? Невежество нужно гнать поганой метлой, пока не стало слишком поздно… мало махать мечами на каждом углу, тут надо менталитет менять, а это куда тяжелее, ведь жители Сакраля не люди и не маги уже давно, это животные.
Блэквелл, до этого скучающий посмотрел на Алису внимательно, не сводя глаз.
«Что это было?» — спросил он её мысленно.
«Ничего».
«Врёшь».
«Какая разница?».
Алиса фыркнула и гневно на него посмотрела, но в его лице ничего не изменилось.
«Что происходит!? Отвечай прямо, когда я спрашиваю, и не смей юлить!»
— Лефрой! Я спрашиваю ещё раз, есть мысли касательно Форта Аманты?
Винсент едва открыл рот, чтобы что-то сказать, но Алиса его перебила, хладнокровно смотря ему в глаза.
— Конечно… послать спец-отряд «Омега» для охраны рубежа.
— Категорическое «нет», — возразил с чувством Блэквелл, — Исключено! Ноги твоей на востоке не будет.
— Винсент, погоди! — встрял Дронго Флэтчер, — У нас сейчас лучше отряда нет, их мало, но их результаты бьют все ожидания.
— Я сказал «нет»! — он крикнул и замок сотрясло.
— Ну в кого же ты такой невообразимо упрямый, что б тебя! — Алиса вскочила и треснула по столу рукой.
— Не смей туда соваться, ясно? Читай по губам: НЕ СМЕЙ, блядь! — он встал, и говорил уже с высоты своего очень внушительного роста.
— Что ж ты так рьяно тогда меня сюда пропихивал? Чтобы потом приказать молчать? Это единственно правильное решение, ты знаешь!
— Леди Лефрой права, Лорд Блэквелл, успокойтесь, штукатурка уже сыпется.
— Заткнись! — Блэквелл схватился за голову, чтобы прийти в себя, — Заседание окончено, Сальтерсом-младшим я займусь лично, а вы пока уберите с севера агентов!
— Но, Винсент, это глупо! — перебил его Ноксен.
— …Глупо скармливать наших агентов нашим союзникам, Ник! Алиса, ты отвечаешь за волков. Броусона надо допрашивать… Дронго, закуси губу и вперед. Тебе в помощь наша выскочка! — и он убийственно посмотрел на Алису.
Члены совета один за другим начали расходиться, Алиса присела в реверанс, не отрывая ледяной взгляд от своего Хозяина, и собралась было идти, но Винсент в миг оказался за её спиной и крепко вцепился ей в руку, толкая к стене и не давая обратного ходу.
— Ты решила играть против меня на моём поле, так вот заруби себе на своём капризно вздёрнутом носике: не выйдет. Совет мой, ты моя, замок мой. Ты — интеллектуальная игрушка, с которой мне периодами интересно в силу моей однообразной жизни и нервной работы. Ясно?
Он стоял, прижав её к стене и заблокировав пути к отступлению, и смотрел сверху вниз. Его голос был тихим, сходящим на шепот, глаза полны огня.
— Тогда не стоило брать такие опасные игрушки в свою песочницу, Милорд. Вы — жертва своего же отстойного хитроумия, — она чеканила слова, переводя взгляд с его глаз на губы, а потом пустила ток по телу и вырывалась из хватки.
— Я хочу тебя. Сейчас, — процедил он сквозь зубы, смотря испепеляющее.
— Это приказ?
— Нет.
— Тогда атакуйте свой гарем, Ваше Величество! — она говорила так же сквозь зубы и смотрела исподлобья с неприкрытой враждебностью.
— А мне нужна ты.
— Винсент, нет!
— Почему?
— Ты ведь должен был успокоиться, отымев меня. У тебя полный замок вожделеющих женщин, в конце-то концов! Да позови ты свою Графиню, и ебитесь сколько влезет, — Алиса с силой толкнула его в грудь, но он даже не пошатнулся.
— Я вообще не понял, почему я должен у тебя спрашивать можно мне или нельзя тебя трахнуть: ты моя!
— Давай я объясню на пальцах: мне плевать, что, по этому идиотскому контракту, я — твоя собственность. Я — человек, а не твоя шлюха, — она психовала и тёрла виски, — Чёрт! Да я вообще не шлюха! Хочешь — насилуй, но если в твоих интересах моё расположение, как это было раньше, то… — она замолчала и закусила губу, как будто сдерживая слова насильно.
— Что тебе нужно?
Прошло несколько мгновений, прежде чем Алиса набралась смелости продолжить:
— Почувствовать себя свободной. Нужной. Будто кому-то действительно есть дело до того что у меня когда-то была душа, а не потому что я смазливая, — она обняла себя и начала растирать руками, — У меня так мало времени для реальной жизни… Всего раз, мне правда больше ничего не надо. Если тебе это сложно, то переключись, пожалуйста, на кого-то более… сговорчивого.
Она просто стояла, потупив глаза, и теребила оборку своего светло-серого парчового платья. Блэквелл смотрел на неё, внимательно изучая каждую эмоцию на её беззащитном лице. В этот момент она казалась до крайности хрупкой, ранимой и даже испуганной.
— …Всего на одну ночь почувствовать, что я могу быть центром чьей-то Вселенной, почувствовать это, понять почему люди так этого всю жизнь ищут, почему этому посвящено столько книг и музыки… чтобы, оглянувшись назад, я не жалела о потерянном времени.
— Ты хочешь поиграть в… любовь? — спросил он осторожно.
— Называй, как хочешь.
