— Знаю, как учат в этих заведениях… — он коварно улыбнулся, — Тебе понравился опыт с женщиной?
Катрина стала пунцового цвета и опустила голову:
— Я… это…
— Ладно, не отвечай.
— Спасибо, Господин, — довольно ответила Катрина, — Я немного волнуюсь.
— Тебя успокоит тот факт, что я не хочу секса?
— А я должна что-то делать, чтобы вы захотели?
— Нет, — улыбнулся он, — Мне нужна информация. Только и всего. Ты сделала то, что я велел тебе в записке?
— Да! — с энтузиазмом заговорила девушка, как будто оказавшись в своей стихии, — Я наблюдала за Леди Лефрой, хотя тут особо и навыков-то не надо: она всё время сидела в саду под старой ивой.
— Одна? Ни с кем не общалась?
Катрина прищурилась, будто не совсем понимая о чём её спрашивают:
— Я вообще не слышала от неё ни одного звука за эти два дня. Если бы не видела её по приезду в Мордвин, то была бы уверена, что она немая. Ни с кем не говорила, правда… к ней постоянно подходили такие мощные качки: один рослый рыжий, второй… — она сделала паузу и с придыханием продолжила, — Среднего роста, такой весь… ммм…
— Одним словом Артемис Риордан… — недовольно заключил он, — Тут подробней: что он делал.
— Обнимал её, пытался разговорить, шлёпал по щекам, тряс… но она не говорила. Тот второй качок принёс ей лёд и бинты, а потом она грохнулась в обморок. Было жарко конечно, но не настолько, чтобы…
Винсент побледнел и не дослушал фразу.
— У неё глаза не чернели?
— Нет, а должны?
— Чёрт… что же с ней происходит?
— Так вы спросите…
Блэквелл посмотрел тяжёлым взглядом на Катрину, и она вдруг осознала ту причину, по которой вокруг него витает такая зловещая слава.
— Похоже, что она будет со мной говорить? Если уж она с лучшими друзьями молчит, надо полагать, что ожидать исповеди повода нет!
— Не подумала.
— Зря, — напряжение в его лице сменилось растерянностью, — Думай. У тебя всего один шанс на миллион устроиться в Сакрале. Данные у тебя есть, но этого мало.
— А можно вопрос?
Он потёр виски и тяжело вздохнул:
— Один. Только один.
— Ну чисто из интереса: почему вы не хотите этого со мной?
— О… а ты хочешь? — поинтересовался он, на что она ушла от ответа, — Знаешь, бывает очень хочется есть. Готов съесть всё, что угодно… любую дрянь, лишь бы не испытывать голод. Но… если ты пробовал что-то из ряда вон, то мечтаешь об этом всё время даже на пороге голодной смерти. Я попробовал кое-что такое, что лучше сдохну от голода, нежели отведаю иную «пищу».
— «Пища богов»?
— Именно…
— То есть вы очень «голодны» но не хотите меня?
— Примерно так.
— И что дальше? Откажетесь от этого навсегда?
— Не знаю, пока не строю долгосрочных планов.
— А что тогда будет со мной?
— У меня богатая фантазия, не волнуйся.
— Я… женщина! — как-то неоднозначно сказала она, и победно улыбнулась, будто это было решением сразу миллиона самых глобальных вопросов.
— Этого сложно не заметить, учитывая твою очевидную женскую логику.
— Я к чему веду? Может, я помогу вам разобраться с Леди Лефрой?
— Это было бы осуществимо, не будь она социопатом. Она очень сильная во всех смыслах и не станет делиться с тобой тем, что её гложет.
— Так может и не надо? Я имею ввиду женский взгляд со стороны.
Он задумался и, вопреки ожиданиям, поддался этому аргументу:
— Я… не знаю что делать. Хочу оказаться рядом, поддержать, дать ей то, что ей нужно, чтобы она не думала о плохом. Она ведь совсем не счастлива…
Катрина нахмурилась:
— Вы хотите ей нравиться или защитить её?
Вопрос завёл Блэквелла в тупик. Он не знал ответ, хотя не раз думал на эту тему.
— Я хочу… чтобы она была счастлива. Чтобы жила.
— Значит, вы хотите её защитить. Заботиться о ней. Так?
— Вроде да…
— Тогда что вам мешает?
— Она меня ненавидит.
— Но вы можете сберечь её?
— Да, — уверенно ответил он, — Могу. Я могу обеспечить её, закрыть от внешних угроз. Только… со мной она не будет счастлива.
— Зато будет жить! И… — Катрина откашлялась, — Раз уж вы уверенны, что романтики между вами не может быть, то дайте ей то, что нужно любой женщине: защиту.
— Защиту… — повторил он задумчиво, — Защитить Архимага?
— Ну… не такую защиту.
И тут он почувствовал это редкое ощущение: когда ответ лежит на поверхности, но ты долгое время его не видишь, а потом внезапно осеняет и все головоломки вмиг складывают в одну картину:
— Эврика! — завопил он, но на лице застыло выражение скорби.
Алиса сидела на своём месте в зале переговоров, крутя в руке свои саи. Лорд Саммерс пришёл за минуту до Блэквелла, влетевшего в зал с шумом. Винсент был уставшим и злым, на костяшках пальцев были свежие следы крови, которые он обматывал лоскутом ткани.
— Как приготовления, Лорд Блэквелл? Аннабель приехала?
— С минуты на минуту, блядь, — ответил он сухо и украдкой взглянул на Алису, которая смотрела в одну точку.
— Сделку осуществим сразу после помолвки?
— Ник, отъебись от меня!
— Эта сделка касается Совета!
— В рот я ебал ваши сделки!
