— Бинго! Ты пробудила меня, дала мне почувствовать себя счастливым, хотя я уже на это не надеялся, а потом отняла всё. Хуже всего то, что ты не давала шанса тебе помочь и отправила меня домой в самый жуткий момент! Я был прав: тебе нельзя верить.
— Ты звал и вот я здесь.
— Здесь только Квин, а мне нужна вся Алиса.
— Я постараюсь.
— Что постараешься?
— Постараюсь вспомнить как быть человеком.
Винсент перестал причёсывать её и сел на пол, чтобы видеть лицо Алисы, которое было таким чужим:
— Ты согрелась? — спросил он.
— Нет.
Тогда он опустил руку в ванную. Вода сильно остыла, и он нагрел её магией, а потом осторожно прикоснулся к коленке жены. Она опустила глаза и наблюдала за его движениями.
— Ты меня чувствуешь? — спросил он, трогая её ногу. Она подняла на Винсента глаза и кивнула, — Расскажи, как ты оказалась в море?
Она закрыла глаза и вздохнула. Волосы начали подниматься и заплетаться на затылке в пучок. Винсент застрял глазами на её обнажённой шее, на её гладкой коже, которая стремительно приобретала здоровый цвет. Не хватало только румянца на щеках и серых глаз.
— Я плохо помню… — и эта была явная ложь, которую сразу выдал медальон, оставляя ожёг на её бледной коже, только Алиса боли будто не чувствовала.
— Мы были в Париже. — начал он за неё, — Последнее, что я видел, это как темнота сгущается, а ты отдаёшь мне силу. Я забрал у тебя шанс на спасение.
— Это была не вся сила, — возразила она монотонно, не терпя его угрызений совести, — Осталось ещё. Я всегда оставляю немного, последний резерв.
— На защиту?
— На жизнь, — уточнила Алиса, глядя на воду, — Защищаться пришлось другими источниками, ты прекрасно понимаешь откуда в этом случае я черпала силы.
— Алиса… — нахмурился он, — Это ведь иллюзия силы. Использовав мёртвую магию, ты загнала себя в угол.
— У меня не было вариантов.
— ТЫ МОГЛА БЫ МЕНЯ НЕ ПЕРЕМЕЩАТЬ! Я БЫ ЗАЩИТИЛ ТЕБЯ!
Она лишь моргнула, произнося спокойно:
— Разве? Разве ты не понял суть этой ловушки Вон Райнов? Дело ведь не во вездесущих паладинах с Убуда, не в их травах, они — лишь способ меня затравить.
— Не делай из меня идиота, Алиса, — сурово перебил он, — Я прекрасно понимаю, что в этой истории самая большая борьба была вот тут, — он прикоснулся пальцем к её лбу, — Ты боролась с искушением ускользнуть от смерти и стать демоном, приняв черноту магии. Паладины были инструментом, который должен тебя подтолкнуть к этому шагу, и именно для этого меня не должно быть рядом. Ну и что я вижу? Неужели Алиса Блэквелл могла проиграть эту битву? Для тебя ведь не существует невыполнимых задач, Лис! — он пытался спровоцировать её на какую-то эмоцию, но не выходило, поэтому махнул ей тяжело, — Продолжай: что случилось после моего ухода?
И она продолжила:
— Меня нашёл…
— …Роланд?
— Верно.
— Но Роланд был честен, когда говорил, что не знает где ты.
— Он и не знал. Он нашёл меня с паладинами, но я ушла… ненадолго.
— Дальше что?
— Дальше я нырнула в канал и пробралась в катакомбы, где… — она замялась и отвела взгляд, переходя к самой тяжёлой части своего рассказа, — Где я её потеряла.
— Кого?
— Нашу дочь. Я родила там… из меня вырезали её вечной сталью, но тут появился добермана Роланда. Он вцепился в девочку и понёс прочь, проливая… — она зажмурилась, — Проливая её кровь.
— И ты… ты её больше не видела?
— Нет. — еле слышно ответила Алиса, не открывая глаз.
— Она жива. — привлёк её внимание муж и словил чёрный взгляд, впервые выдающие признаки интереса, — Она сейчас с Артемисом. Селена… не знал какое второе имя тебе понравится, поэтому выбрал «Фэй» — так мою бабушку звали. Но как Роланд тебя упустил?
— Он не упустил. Вытащил меня из катакомб, но я заставила его забыть, что он видел меня.
— Изящно, — кивнул муж, — А потом Сакраль?
Теперь кивнула она:
— Верно.
— Элайджа и Кастерви, на которую ты доставила кристалл. Это и был твой последний резерв молний?
— Да. Элайджа тоже забыл меня.
— Это и было твоё искупление?
Алиса сощурилась, будто почувствовав болевой укол, от одного только воспоминания тех событий. Вода в ванной снова остыла и Блэквелл тут же её нагрел.
— Очевидно, что так.
— И ты… ты пожертвовала им ради Кастерви?
— Ты же знаешь, зачем спрашивать? Кастерви на дне уже нет долгое время, к чему вопросы?
— Ты вывела Арти на неё?
— Бред…
— Не ври мне, Алиса, — с нажимом сказал он, видя новый ожог от медальона, — Ты помогла Артемису. И то было не раз, ведь была ещё история с кристаллами. Ты даже снилась ему, чтобы спасти.
— А в голову не приходило, что все эти галлюцинации Артемиса связанны с кристаллами? Квинтэссенция дарит вдохновение, за что отвечает гормон дофамин, вызывающий страсть, влюблённость или же «вдохновение». Выплескивается в кровь во время секса, приёма вкусной пищи или наркотиков. Говоря о Риордане, я предположу последнее.
