– В долг? – переспросил Бортоломей. – У вас есть что-то, что вы можете нам дать?
– Найдем, – уверенно заявила гномка. Бортоломей сдался.
– Хорошо, я перенесу ваши подарки на гору вашего мужа. Вы готовы?
– Готовы, – ответила за всех Ганга. – Но я остаюсь.
Бортоломей кивнул, и шатер мгновенно опустел. Остались только Ганга и орк, ученик шамана. Ганга высунулась из шатра и удовлетворенно кивнула, увидев, что шатры с подарками исчезли.
Женщины не успели моргнуть глазом, как оказались на большом балконе белоснежного дворца мужа. В беседке сидел и глядел на них Авангур. Он с удивлением разглядывал взволнованных женщин и еще больше удивился, когда маленькая пузатая гномка с красивым лицом схватила Бортоломея за грудки и начала трясти, как плодовое дерево с созревшими плодами.
– Где наши подарки? – гневно произнесла она ему в лицо и снова затрясла.
Голова Бортоломея болталась из стороны в сторону. Он испуганно пытался вырваться из ручек маленькой женщины, но ее хватка была крепкой.
– Постойте, уважаемая, – оправдывался Бортоломей, – подарки внутри замка, спросите распорядителя. – Гномка мгновенно успокоилась и отпустила куртку Бортоломея. Поправила сбившуюся одежду и мило улыбнулась. Присела в поклоне и прощебетала:
– Спасибо, милый Бортоломей.
От такого резкого перехода обомлели все. Авангур даже крякнул. Он встал и вышел к дамам.
– Милые дамы, приветствую вас на горе вашего мужа. Какие планы? Если мне будет позволено узнать? – галантно произнес покровитель пророков и склонил голову.
За всех ответила гномка:
– Не позволено. Девочки, быстро домой, я тут останусь, как хотел наш муж.
Она повернулась к замершему, мечтательно смотревшему на нее Бортоломею:
– Милый Бортоломей, открой проход девочкам в замок Тох Рангор, подарки останутся тут.
Бортоломей всполошился, заметался и открыл портал. Пред взором женщин появились ворота их замка.
– Идите, сестры, – подтолкнула их гномка, и те подчинились, шагнули в окно портала и исчезли.
Гномка взглядом проводила сестер и повернулась к двум хранителям.
– Итак, гленды хранители, вы на горе моего мужа, а значит, тут главная я. Я буду хранительницей первых ворот горы. Запомнили?.. – Не успела она закончить свою фразу, как покачнулась, ухватилась рукой за плечо Бортоломея и, закрыв глаза, замолчала. Бортоломей тоже замер, боясь пошевелиться.
Авангур открыл рот от удивления. «Ее приняла гора, – пронеслось у него в голове. – Как это возможно?» Но тут гномка отмерла и открыла глаза, положила руку на свою грудь и глубоко вздохнула.
– Я, кажется, поняла, что она хочет, – произнесла тихим голосом Глазастая. – Я пойду во дворец, мне надо прийти в себя. Бортоломей, проводи меня.
Ее голос звучал тихо, но так властно, что Бортоломей подхватил ее под руку и бережно повел к дверям внутренних покоев. Авангур, не закрывая рта, смотрел ей вслед.
Мысли вихрем пронеслись в его голове, словно шторм в бездне. Командор все же овладел искусством планирования и назначил гномку своей преемницей, но почему именно ее? И что это за таинственная сила в ней, которая позволила горе принять его жену? Насколько глубоки ее корни в наследии Худжгарха?
Внезапно гномка остановилась перед большими застекленными дверями внутренних покоев дворца. Ее лицо озарилось радостью, словно солнце пробилось сквозь тучи, и она громко произнесла:
– Наш муж жив, но очень далеко. – Свет, казалось, исходил от ее одухотворенного лица, и она вся засияла.
Бортоломей, ошеломленный ее словами и нежным голосом, почувствовал, как его сердце замерло. Гномка осторожно высвободила свою руку и, улыбнувшись ему, тихо поблагодарила:
– Спасибо, Бортоломей, не переживай. Я возмещу тебе твои затраты…
От ее слов у Авангура отвисла челюсть. «Что за безумие?!» – мысленно воскликнул он, чувствуя, как мир вокруг него рушится.
– О! Ничего не надо, я был счастлив оказать вам, госпожа командор, услугу. Я напишу в вашу честь оду, моя госпожа, – благоговея, произнес Бортоломей, одаривая ее обожающим взглядом. Гномка кивнула и исчезла за дверями, оставив его стоять в оцепенении, словно статуя посреди безмолвия и пустоты…
