Роберт открыл собственное ателье, и отдал его под управление Кати, как ни странно оно стало пользоваться спросом, и заказов становилось с каждым днем все больше, уже через пару месяцев, по городу была целая сеть, его ателье, всеми управляла Катя. Он дал ей возможность, самой заниматься сетью, потому как его это не интересовало, у него были другие интересы, занимаясь судоверфью, он укреплял свои позиции, и уже владел контрольным пакетом акций.
Но больше всего его интересовала она, он понял что она полностью овладела его мыслями, постепенно и сердцем, он любил эту девушку, но ни как не решался сказать ей это, боясь потерять ее. Она была молода, красива, когда ему уже стукнуло сорок восемь, но тут за дело взялась Мария, приехав в ателье, она пригласила ее к ним на ужин, сказав, что не примет отказа.
Роберт метался по гостиной в ярости, осыпая ее ругательствами.
— Твою мать! Кто тебя просил!?
— Ты уж конечно прости, но ты бы так и ходил слюной давясь, пока ее не увел бы у тебя из под носа, молодой…
— Вот как? — он упал в кресло. — Ты права, я уже старик, а она так молода, и прекрасна.
— Роберт, ты не старик, а если и так, то я бы предпочла тебя, если она отвергнет тебя, то будет полной дурой, и я ее убью.
— Ужин готов? — он посмотрел на часы. — О! Черт! Она скоро будет.
Роберт подорвался, и кинулся наверх, приняв быстро душь, она оделся, спустившись вниз, увидел Катю, она растерянно смотрела по сторонам, округлив глаза, заметив его, она улыбнулась, подойдя к нему.
— Привет, я возьму твое пальто. — Роберт снял ее пальто, вдохнув аромат ее духов. — Чудесно пахнешь.
— Это ты, ты их подарил мне.
— Правда? Я и забыл, Пройдем.
Он завел ее в столовую, посадив напротив себя, бросил злобный взгляд, на довольную Марию.
— Ну, с ней ты уже знакома.
— Да, она была очень настойчива. — Катя улыбнулась Марии.
Роберт открыл шампанское, разлив по бокалам, сел на свое место, его колотило, он смотрел жадно в вырез ее платья, услышав, как кашлянула Мария, он встрепенулся, поднял глаза и увидел, как пылает Катино лицо, с трудом досидев до конца ужина, он намекнул Марии, что ей пора посмотреть детей. Состряпав, обиженное лицо, она выплыла из гостиной.
— Роберт, кто она тебе? Я же почти ни чего о тебе не знаю, только то, что ты богат, хороший человек, красивый… — она запнулась. — Зачем ты меня позвал?
— К черту!
Он встал и подошел к ней, Катя встала ему на встречу, взяв ее за руку, он потянул ее на себя, его губы впились в ее, оторвавшись от нее, он посмотрел в ее газа.
— Роберт… — она обвила его шею руками, прильнув к нему.
Его сердце, готово было вырваться из груди, подхватив ее на руки, он понес ее по лестнице, занеся в свою комнату, положил на кровать, осторожно снимая ее платье, он судорожно выдохнул, увидев ее белые трусики, сняв его полностью, он посмотрел на ее маленькие, округлые груди, ее соски затвердели, схватив один губами, он услышал ее стон.
Оторвавшись от нее, он быстро сорвал с себя всю одежду, подтянув ее к себе, он водил языком по ее телу, снимая с не трусики, он жадно смотрел на ее холмик, он хотел почувствовать ее вкус. Сорвав трусики, он распахнул ее бедра, увидев как набух ее розовый холмик, он припал к нему губами, Катя схватила его голову, издав приглушенный вскрик, она изогнулась всем телом.
— Роберт… Что ты делаешь?…Мне кажется я, сейчас умру…
— Тише… просто сделай это…
Он поглотил ее розовый бугорок, она закричала, вцепившись в его волосы, ее тело забилось в конвульсиях, он зарычал, рванув е на себя, медленно начал проникать в нее, почувствовав преграду, он вздрогнул.
— Что это? Господи!
Он хотел выйти из нее, но она обхватила его ногами за талию, открыв глаза, она с мольбой посмотрела на него.
— Роберт, я хочу этого, прошу, не останавливайся.
— Нет. — Вырвав из нее свою плоть, он со стоном упал на кровать. — Почему ты не сказала мне?
Вместо ответа, он услышал ее всхлип.
— Ты что? — он навис над ней. — Не плачь, ты не должна была так делать.
— А как? — она посмотрела ему в глаза, в них горел огонь. — Ты бы тогда поступил по другому?
— Нет, но теперь я запутался окончательно. Что ты делала в том клубе?
— Что?! Ты же знаешь…
— Нет, я не знаю, теперь не знаю.
— Я ждала тебя, узнала из газет, все о тебе, о твоей жене, о детях, все, что нужно было.
— Зачем? — он отпрянул от нее.
— А ты не понимаешь? Я просто хотела попытать счастья, почему нет?
— Этого не может быть! Я тебе не верю.
— Вот видишь! Ты мне не веришь! Ты это хотел услышать? Так что же ты хочешь услышать? Я тебе уже говорила, но ты меня не слышишь, что я должна была сделать? Отдаться, первому встречному, а может и бывшему хозяину, и прийти к тебе уже грязной? Тогда ты бы мне поверил? Ты спас меня, той ночью, не встреть я тебя, возможно, меня бы поимел в подсобке, какой нибудь богатый урод, и ни чего не поняв, сунул бы мне в трусы купюру….
Она закрыла лицо ладонями, зарыдав.
Роберт сидел на краю кровати, его терзали сомнения, но он так же понимал, если она уйдет, он больше ее не увидит, его сердце разрывалось от боли. Для себя он решил, что завтра наймет детектива, и узнает о ней все.
