Вот, Вася, тебя это же ждет. Да уже дождалось. Хотя, правда, только на днях кто‑то порадовал публику вестью о том, что начал издаваться Чечельницкий и что, мол, его книги займут достойное место на полке рядом с трудами уважаемых Марка Лазаревича Галлая, Игоря Ивановича Шелеста и Василия Васильевича Ершова…
Меня же увлекла форумная ссылка на автора Наума Циписа, написавшего документальную повесть о Галлае, – он был его другом и литературным коллегой. Я открыл его вещи на Прозе, зачитался, а теперь вот не могу оторваться от повести.
Ципис сам по себе яркая, порядочная, совестливая личность, талантливый белорусский писатель, живет нынче в Бремене, привязанный нездоровьем к тамошней сердечной медицине. Пишет увлекательно, грамотно (старая школа), заставляет задумываться о жизни.
Зачем я веду дневник? Вот уже тридцать лет – ни дня без строчки.
Во–первых, дневник не дает мне потеряться во времени. Я перечитываю его постоянно и таким вот образом все запоминаю. Ну, склероз уже, конечно, рулит.
Во–вторых, я отслеживаю и анализирую становление своих взглядов. Не мечусь, а систематически изучаю себя и делаю выводы. Это все та же непрекращающаяся работа над собой.
Третье – я просто выговариваюсь, выпускаю пар.
Четвертое… а таки немало я из дневников почерпнул, и теперь эти выжимки являются моими литературными произведениями. Их таки читают. Большей частью интересуются именно летными дневниками.
Значит, я веду дневник недаром.
Говорят, что «ведение дневниковых записей заменяет для атеиста ежевечернюю молитву верующего».
Что интересно. На Прозе меня посещают достаточно часто. И у других, более популярных авторов, тоже много посещений – но они пишут миниатюры, а у меня, кроме «Обиды» и «Хитрого еврея», мелких вещей нет. Тем не менее, рецензии я получаю, хоть и редкие, но емкие. Но вот как узнать, сколько же из зашедших на мою страницу читают мои опусы до конца?
А круги таки расходятся.
Умер Маркес. Ну, весь горожанский мир воскликнул: ой вэй! та шо ты! яркий же ж представитель магического реализма, так развлекающего горожан, ушел в мир иной… с глубоким прискорбием… в 87 лет…
Я пытался открыть себе его. Ниасилил. Мне эта ерунда неинтересна, как неинтересна фигня Шагала, Чюрлениса, Феллини и целого ряда иноземных, нерусских фамилий в этом ряду. У меня есть настоящий реалист: Толстой. Есть Чехов, есть Астафьев, наконец. Это мои якоря в бурных жизненных течениях. А эти латиносы… болтуны…
Ну да отдаю должное хотя бы его известности, модности в мире. Но не знаю, многих ли людей его произведения изменили к лучшему. Меня вон – упомянутые Толстой с Астафьевым таки перемяли и таки наставили на путь традиционных человеческих нравственных ценностей.
Однако люди разные. Большинству нравятся все эти страсти на конце раскаленного члена. Мне нет. Я не хочу впускать в себя сладкий яд всех западных пороков. Ну лапоть я.
Скачал краткое содержание «Ста лет одиночества» и дал прочитать Наде, там полторы страницы. Она с недоумением уставилась в гумажку, наморщила моск… и через пару минут отбросила эту галиматью. Ото и весь ихний Маркес.
Мы не принимаем того, что вдалбливают нам мураки, маркесы и коэльи западного мира. Мы, русские, крепко стоим на своих ногах. У нас свой дом и свои ценности. А Маркес… да это тот же Малевич: эпатирует.
Беда в том, что молодежь стоит перед корытом, в которое вывалены всевозможные виды духовной пищи, но нет ориентира. Это как выбирать из тысячи видов обоев в супермаркете: мучаешься… а потом что наклеишь, к тому глаз и привыкнет. Нам же в свое время с детства привили вкус к отечественным ценностям, к писателям первой величины, которыми, слава богу, так богата Россия. А уже детям нашим подставляют то самое корыто – да еще и под угодливый западный шепоток о свободе выбора начиная с детских яслей. Мало того — еще и выборочно подсовывают этих западных извращенцев: мол, вы слаще морковки в этой России ничего не пробовали… Гомосек соблазняет: а ты попробуй…
И в результате из детей наших получаются космополиты, которые заявляют об абсолютной ценности неповторимой человеческой жизни, но никак не могут понять, как это – живот за други своя положить, а тем более, за Родину. Други другами – но МОЙ‑то живот бесценен! И дальше идет словоблудие: о своем неповторимом пути, о том, что, мол, мы ничего родине не должны – мы ей налоги платим… и т. п.
Не сумели мы вовремя нагнуть детей к настоящим ценностям — вырастили на западных помоях настоящих свиней.
На днях в Южной Корее утонул паром, перевозивший подростков на экскурсию, 400 человек. Капитан, 69–летний старик, отдал управление молодому помощнику, тот вроде бы резко крутанул штурвал, груз сместился, создался запредельный крен, почерпнули воды…
Когда стало понятно, что катастрофа, что судно переворачивается, капитан отдал команду всем оставаться на местах, не выходить из кают… а сам первым вскочил на спасательный плот и с экипажем покинул судно. Триста детей утонули.
