…и из-за этого я так замедлился с ответными письмами; я задолжал письма всем, кому только можно, а сам едва поспеваю отвечать на срочную деловую почту и отсылать чеки по счетам. Вчера я отметил Четвёртое июля тем, что привёз Джинни домой из больницы. Дело было не в таинственной болезни, которая преследует её так долго (с этим всё так же плохо, если не хуже, чем когда-либо); это была операция на правом запястье, ортопедическая хирургия, пришлось залечивать травму, которую она получила, бесконечно таскаясь с тяжёлой лейкой, когда пыталась спасти свой сад. Да, она спасла сад, и, разумеется, я сейчас доделываю систему водоснабжения, которая сделает нас независимыми от водной компании и позволит ей поливать с помощью насоса и шланга – но травму она уже получила, в тот месяц, когда каждую каплю воды приходилось таскать вручную. Ей стало так плохо, что она этой рукой не могла даже поставить подпись, поэтому они вскрыли ей запястье и прооперировали его.
А поскольку она правша, настолько, что едва может держать вилку левой рукой, и её правая рука ни на что не годится, пока не заживёт, а я – медленная и неумелая домохозяйка, у нас тут мало что доводится до конца, за исключением того, что делается легко и сразу, тем более что я пытаюсь как можно больше времени тратить на механические работы. Водопровод имени Хайнлайна завершён до той стадии, что он уже работает, но у меня ещё полно нескончаемой каменной кладки и плотницких работ, прежде чем система станет совершенно безопасной от внезапных наводнений и благоустроена настолько, что перестанет походить на заброшенный проект по сносу трущоб.
Я не буду посылать ему
Ему могло бы пойти на пользу, если бы он приехал сюда и порыбачил в течение месяца – в реках Колорадо недостаточно рыбы, чтобы кого-то обеспокоить.
А до той поры он должен избегать газет, авторов, издателей и редакторов.
Послал этот пустой конверт, чтобы Вас позабавить… Его доставили вообще без задержки, почтовый штемпель поставлен 9-го, а ко мне пришло 11-го, через обычную почту. Можете его не возвращать.
Я всё ещё ничего не сделал как профессиональный писатель, а наше семейство день и ночь лихорадит политика. Я не намеревался принимать никакого реального участия в этой кампании, кроме пожертвования денег, в то время как Джинни посвящала ей практически всё своё время. Но я оказался в ситуации отставной пожарной клячи, которую отрядили возить молочный фургон – но тут прозвенел школьный звонок… и молоко раскатилось по всей улице! На прошлой неделе я внезапно обнаружил, что председательствую на политическом митинге, впервые за четверть века, кооптированный организаторами без всякого предупреждения в самую последнюю минуту. Вынужден признать, что мне это, скорее, понравилось. И теперь я оказался втянут во многие другие политические дела и посвящаю им, возможно, вполовину меньше времени, чем Джинни.
