Пашка обмяк, прекратил сопротивление, только продолжал шмыгать влажным носом, подрагивая в тесном кольце рук. Он почувствовал, как его, безвольного, затаскивают на колени, располагаясь тут же на лестнице, укачивают, прижимают к груди, губами собирают с лица слёзы и веснушки… Начал понемногу приходить в себя, снова почувствовал себя кретином. Но как еще можно было расценить увиденную картину?
Никита буквально отвечал на его незаданный вопрос:
- Прилетела вчера… Никогда не предупреждает… Мы трепались почти до утра, я так и уснул на ковре, а она на кровати. Сползла, наверное… Жарко ей было - в гостевой же нет кондея. Она бесстыжая, конечно, но если б она в лифчике спала, тебя что, это успокоило бы? Почему не разбудил, а, Паш? Ну устроил бы скандал, ну пнул бы меня ногой, уже бы выяснили все… Чёрт, - Никита выдохнул Пашке в волосы, - у меня реально стресс.
Пашка молчал, переваривая все услышанное… Любит… Любит? А Ник гладил его по волосам и продолжал тихонько раскачиваться.
- Да… Не так я хотел вас познакомить. Я же ей даже сказать о нас ничего не успел. Она о своих мужиках всю ночь трендела. Ну прости меня, я не видел сообщения… Я бы предупредил. Встретил бы… Паш, никогда не поступай со мной так. Все на самом деле может быть не тем, чем кажется. Нужно просто поговорить… Я же обещал, ты забыл? И да, люблю тебя. Люблю. Иначе ничего бы не было… Уже бы не было… Там, на вокзале, хотел ответить, но ты же вечно убегаешь… - помолчал, успокаиваясь и успокаивая все еще нервно вздрагивающего Пашку, и добавил после паузы: - А Глеб твой - гандон. И я не Глеб.
========== часть 8 ==========
Пашка отработал пятницу как в тумане и торопился к дому, мыслями находясь уже если не в самолёте, то, по крайней мере, в машине, рядом с Ником, мчась навстречу маленькому приключению. Оказался перед парадной и слегка протрезвел. По третьему разу проверил все карманы, перерыл сумку, нахмурился, в ту же секунду раздался звонок. Ник сообщал, что опаздывает на час минимум, что в городе жуткие пробки, а еще он хотел помыть машину… Просил Пашку собрать ему хоть какие-то вещи, но тот обреченно отчитался, что забыл ключи дома, убегая утром первый, и теперь собираться они, очевидно, будут вместе и наспех. Никита как всегда поржал над Пашкиной рассеянностью и предложил ему попить кофе в кафе напротив. В прокуренное кафе идти Паша не хотел, предпочитая курить на свежем воздухе. Он устроился на скамеечке недалеко от детской площадки и открыл в телефоне свой дневник.
__________
30 августа.
Не могу поверить, но мы с Никитой валим таки на целых три дня в Амстер. Сегодня вечером дуем в аэропорт в Хельсинки, бросаем там машину, вылет ночью, и сегодня же ночью - мы на месте. Суббота, воскресенье и полдня понедельника - я самый счастливый и беззаботный придурок на свете. Главное, не думать о том, как во вторник придется вернуться к обычной жизни. Не к личной, конечно, к общественной. Мой колибри, похоже, устроил всю эту поездку единственно дабы потешить меня. Ему все кажется, что мне не хватает возможности безнаказанно пообжиматься на публике. Мне-то что? Мне-то ничего. Я с удовольствием могу им похвастаться, я буду переться, перехватывая горячие взгляды, адресованные ему, тем более, что он до сих пор не вдупляет про эти взгляды почти ничего. И это хорошо. Я считываю все в радиусе ста метров за нас обоих. А вот как этот психоэксперимент выдержит он сам - еще вопрос. Наверное, решил заодно утвердиться в своем новом гомостатусе. Спланировал поход по музеям, вычислил пару обязательных к посещению клубов. Собственно, для этого подошел бы любой европейский город, где двое мужчин могут идти, взявшись за руки, и не получить за это обрезком трубы по темечкам. Но, видимо, у Ника проявляется любовь к эффектам. Амстердам как знак - гомосяцкая столица и пути назад к целомудрию нет.
Путешествовать - это прекрасно, улетать куда-то рука об руку с любимым человеком - это вообще предел мечты. И я честно мог бы забить на достопримечательности, пять раз виденные, просто не вылезал бы из постели, поглощал магические кексы, чипсы, шоколад и трахался бы весь викенд с той лишь разницей, что выйдя на балкон покурить, лицезрел милые теремки на набережной напротив, вместо унылых типовух спального района.
__________
И вот уже настрочил пару абзацев, выразив в них все, что было сказать, употребил третью сигарету, а времени прошло всего пятнадцать минут. Ждать оставалось еще прилично. На улице начинало темнеть, но территория вокруг нового дома была освещена на совесть. Подумал, что можно пока сбегать в магазин и купить что-то в дорогу, но вдруг услышал, как смутно знакомый голос окликнул его. Напрягся и тут же понял, что не зря. Глеб нарисовался близко. Так близко, что уже не сделать вид, что не заметил, не услышал, да и бежать без ключей было некуда.
- Воробей! Стоять! - Глеб будто знал, что Пашка может пуститься наутёк. - Какими судьбами, милый?!
- Отвали, Глеб.
- Ты мне не рад? - жеманно скривился тот.
