- Вообще-то нет, - Пашка всем своим видом показывал, что желания беседовать у него нет ни малейшего.
- Зая, а что ж ты тут делаешь? Меня поджидаешь? - Глеб не обращал внимания на неприветливость бывшего.
- Я тут живу. Шел бы ты мимо, а?
- А что ж под дверьми сидишь - не пущщают, золотце? Провинился, или хозяин погулять выпустил? Так пойдем ко мне! Я тебя приму, я не гордый. Хоть ты и строишь из себя целку, в позы всякие встаёшь…
- Глеб! Заткнись. Вообще не хочу говорить с тобой. И ты меня бесишь.
- А ты изменился, зая! Расцвел! Таким ты мне еще больше нравишься. Я тебе недавно тоже нравился, помнишь?
- Нет. Не помню! - Пашка попытался уйти, он встал с насиженного места, почти толкнул Глеба плечом, но тот зашипел:
- Могу напомнить! – и внезапно ловко ухватил Пашку за грудки, накинулся с поцелуем.
Наглости и напора Глебу было не занимать. Пашка мог ожидать чего-то в таком духе. Внутренне он готовился к отражению какого-нибудь выпада и все же немного растерялся. Зачем закинул руку Глебу на шею? Зачем стал отвечать на этот собственнический издевательский поцелуй? Наверное, для того, чтобы показать, как на самом деле он изменился, для того, чтобы в конечном итоге укусить и выплюнуть вместе со всем своим презрением…
Когда краем глаза он заметил черную машину, притормозившую у тротуара, надежда на то, что обойдется без совпадений еще оставалась. Но когда над ухом раздался настойчивый нервный сигнал, поцелуй, наконец, прервался, разрывая в клочки и Пашкину надежду на благополучный исход.
__________
31 августа
Решил, что вести свой бестолковый дневник больше не буду. Незачем. Да и тащить багаж из прошлого в очередной новый этап жизни больше не хочется.
Так что эта запись будет последней.
Я надеюсь.
Если не смалодушничаю.
Перечитал все свои писульки. Поржал.
Особенно символично то, что последние из них каждый раз ознаменовывались каким-нибудь пиздецом. Стоило мне написать что-то хорошее - тут же прилетало. Получите, распишитесь.
Скоро свалю, наконец, с этой улицы, с которой связаны все мои последние коллизии. Однако, уже банально опасаюсь магической связи своих записей и следующих за ними неприятностей.
Последняя - когда впервые собирались с Никычем в Амстер. Трудно представить - два года назад, день в день! Я был рад и счастлив. Только закрыл страницу - появился Глеб. Я уже плохо помню, как оно все было… Я забыл ключи, Ник все бросил и примчался меня спасать, а тут - такое танго. Помню, чуть не умер, когда Ник застукал ту дивную картину. Потом помню - Бамс! - и Глеб получил в глаз.
А я не получил.
Тогда, конечно, пришлось поговорить, объяснить все…
И, несмотря на то, что все закончилось мирно, и вечером мы отбыли в наше первое романтическое путешествие, с тех пор лирических отступлений я не писал. Побаивался.
Неужели стал суеверным?
Да и зачем делиться с бездушным дневником, если я все время разговариваю с мужчиной мечты, живым и реальным, из плоти и крови. Перетерев все в подробностях, я совершенно теряю желание писать то же самое в блог.
Поссориться с Ником невозможно, надуться и отползти в одинокий угол мне ни разу не доводилось. Он умеет задавать вопросы, отвечая на которые, я сам нахожу ответы, и конфликт сдыхает в колыбели.
Манипулятор, чо!
Люблю его, аж себя боюсь.
Кстати, насчет плоти и крови. Мой волшебный колибри оказался со временем вполне реальным человеком. И у него есть косяки. Он, например, грызет ногти на мизинцах, когда думает, что его никто не видит. И упорно отказывается избавляться от растительности в самых интересных местах. Отстаивает свою шерсть, словно она - главный оплот его мужественности. Устал с ним бороться, чесслово.
А что касается записей по работе, расписания встреч и заметок о клиентах - то тут мне дневник тоже не нужен. Мальчиком по вызову я больше не работаю. С тех пор как открылась моя первая собственная студия, за расписанием следят специально обученные люди. Конечно, один я бы не потянул, ни морально ни финансово, но у меня есть собственный юрист, которому никто не может отказать, да и мне пришлось вспомнить, зачем учил экономику. Так что совместными усилиями первая студия Паши Воробья - оказалась проектом громким и успешным. А сам Паша - звездой местного розлива…
Я теперь бренд. Отдаться мне лично в руки стоит раз в пять дороже, а запись ко мне - раз в пять длиннее, чем когда-то.
Курочки на форумах обсуждают все: работу студии, мастеров, меня, включая то, что только богатые и знаменитые как я, могут отхватить себе такого любовника как Ник, и неизменно переключаются на обмусоливание его модельной внешности. Никыч строго следит за пиаром, и в нужный момент мы палимся на светских тусовках, дабы держать курочек в тонусе. Никто же не должен знать, кто из нас кого отхватывал, и что за первый год успешной работы еле удалось отбить вложения… Так что о богатстве пока говорить не приходится.
