И он занял место главного судьи под восточным навесом. Главный управляющий двора уселся на место второго судьи, под западным навесом, а командир кавалерии и командир пехоты расположились к северу и к югу от помоста.
Такова была одна из традиций княжества Ямакава: в начале каждого года князь, самые значительные его вассалы и лучшие фехтовальщики княжества покидали замок и на два дня отправлялись в расположенный неподалеку лес, чтоб провести состязания по иайдо. Женщины и дети на эти состязания не допускались. Это правило было установлено давным-давно, чтоб избавить семьи самураев, принимающих участие в турнире, от ненужных страданий. В былые времена все состязания проводились на настоящих катанах, с заточенными клинками. И хотя удар полагалось фиксировать, чуть-чуть не доводя до тела, возбуждение, старые обиды, стремление заполучить награду или показать себя с наилучшей стороны в присутствии князя зачастую приводили к кровопролитию, увечьям и даже смерти.
Конечно же, катаны в этом состязании больше не использовались. Их давно сменили синаи, тренировочные мечи из расщепленного бамбука. Двести пятьдесят лет мира нанесли тяжкий урон боевому духу. Таково было одно из ныне принятых мнений. Другое, которого придерживался и Хиромицу, гласило, что мирные годы сохранили все, что было ценного, и отсеяли ненужное.
На этот раз в состязании собирались участвовать тридцать два самурая. Проигравший выбывал, а победитель переходил в следующий круг. Значит, до второго круга дойдут шестнадцать человек, до третьего — восемь, до четвертого — четыре, и в конце концов двое оставшихся определят, кто из них станет победителем и получит в награду боевого коня, великолепного жеребца-трехлетку.
Хиромицу уже совсем было собрался подать сигнал к началу состязаний, когда к нему подбежал один из часовых.
Мой господин, — тяжело дыша, произнес он, — князь Гэндзи с отрядом просит у вас дозволения проследовать через ваши владения.
Князь Гэндзи? Разве он не в своем дворце в Эдо?
Очевидно, уже нет.
Пригласите князя сюда. Для меня он — всегда желанный гость.
Либо Гэндзи покинул Эдо с дозволения сёгуна, либо без такового. Если он уехал без дозволения, Хиромитцу выгоднее было не знать об этом, а потому он и спрашивать не стал. В любом случае, о том, чтоб он отказался встретиться с Гэндзи или запретил ему проехать через свои владения, не могло быть и речи — ведь они были давними союзниками. Не то, чтоб они были так уж хорошо знакомы. Вовсе нет. Но их предки вместе сражались под Сэкигахарой. Во всяком случае, предки Хиромицу по отцовской линии оказались среди побежденных. А родственники со стороны матери входили в число победителей, самыми видными из которых были предки нынешнего сёгуна. Тем самым Хиромицу, строго говоря, являлся также союзником семейства Токугава. Такое положение вполне устраивало мягкого, не страдающего излишним честолюбием князя Ямакавы. История его клана требовала от Хиромицу относиться с величайшим почтением к обоим сторонам, и в то же самое время давала ему основания отказаться от участия в междуусобной войне, приближение которой с каждым днем казалось все более вероятным. К счастью, его княжество было небольшим, не располагало особыми богатствами, было расположено в стороне от вероятных полей сражения и не контролировало никаких важных дорог. А значит, его нейтралитет не ущемит ничих интересов.
Широко улыбаясь, Хиромицу вежливо вышел навстречу гостям. И сразу увидел много такого, что его удивило. Прежде всего князь удивился тому, что отряд состоял всего из шести человек. Слишком маленькая свита для князя, отъехавшего так далеко от дома. Во-вторых, из этих шести человек лишь трое были самураями. Еще там было два чужеземца, мужчина и женщина, нелепые на вид — впрочем, в этом они ничем не отличались от прочих чужеземцев. Но как они очутились здесь, в глубине страны, вдали от тех районов, где им разрешалось бывать? Пожалуй, они бы заинтересовали Хиромицу сильнее всего, — если бы не последний член отряда. Это была женщина такой невероятной красоты, что Хиромицу не мог поверить своим глазам. Разве может существовать на этом свете подобное совершенство?
Добро пожаловать, князь Гэндзи!
Хоть Хиромицу и не знал князя Акаоки в лицо, он без труда угадал, к кому ему следует обращаться. Гэндзи ехал первым, а по бокам от него ехали два самурая, и одним из этих самураев был Сигеру. Хиромицу недавно доложили, что прославленный дуэлянт был убит собственными родичами при неких скандальных обстоятельствах, но, очевидно, этот доклад не соответствовал истине.
Добро пожаловать, господин Сигеру. Вы прибыли как раз вовремя — прямо к началу нашего ежегодного состязания по иайдо.
Мне очень жаль, что наше появление нарушило ваши планы, — сказал Гэндзи. — Но мы не станем вам мешать и сразу же отправимся дальше.
О, прошу вас, не спешите так! Останьтесь и полюбуйтесь на состязания. Конечно, моим людям далеко до ваших прославленных воинов. Однако же, они сделают все, что в их силах, а большего ни от кого и требовать нельзя.
