Пьеса «Ворон» (Il Corvo) входит в число десяти знаменитых на весь мир сказок для театра Карло Гоцци. На премьере в Венеции эта пьеса выдержала более двадцати представлений, что по тем временам было знаком небывалого успеха. Тем не менее, дальнейшая сценическая судьба этой сказки не столь богата яркими постановками. В 1948 году в Венеции к этой пьесе в начале своего творческого пути обращался Джорджо Стрелер. «Ворон» стал знаковой пьесой для двух великих итальянских арлекинов XX века – Марчелло Моретти и Феруччо Солери. Для первого эта пьеса стала актерским дебютом на профессиональной сцене, второй – выступил в этой пьесе с режиссерским дебютом.
Миллон – король Фраттомброзы.
Дженнаро – принц, его брат.
Леандро, Тарталья – министры.
Армилла – принцесса Дамасская.
Смеральдина – ее камеристка.
Норандо – чародей.
Труффальдино, Бригелла – королевские ловчие
Панталоне – адмирал.
Две Голубки – вещуньи.
Моряки и галерные гребцы.
Воины.
Слуги.
Панталоне
Положи руля под ветер! Выбирай шкот, канальи! На себя, косолапый!
Гребцы
Земля! Земля!
Панталоне
Земля, земля, падаль вы этакая! Не будь меня на этой галере…
Гребцы
Есть, адмирал!
Панталоне
Благодарить небеса, собаки!
Дженнаро
Панталоне, я думал, что погибну в эту страшную бурю.
Панталоне
Как так? Или вы не знаете, откуда я родом?
Дженнаро
Знаю, из венецианской Джудекки. Вы мне это говорили тысячу раз.
Панталоне
А там, где имеется джудеккинец, там судно в безопасности. Я это знаю по опыту. Две шхуны и одну баржу я разбил на пути из Маламокко в Дзару, обучаясь ремеслу. Сегодня у меня слегка тряслись поджилки, не отрицаю. Не за себя, конечно, и не потому, что положение было опасное (ведь мы как-никак привыкли к такого рода угощению!), а за вас. О господи, я же видел, как вы родились, я вас на руках носил сколько времени! Покойная жена моя Пандора кормила вас, а я с вами нянчился, вы у меня на коленях плясали, Мне все еще кажется, словно я вас целую этак легонечко, а вы мне ручонками рожу отталкиваете и говорите: «Да перестань, ты меня царапаешь своей бородой!» И потом от вашей семьи я получаю адмиральский харч, пользовался от нее тысячью благодеяний, вот уж тридцать лет, еще при блаженной памяти вашем батюшке короле; наконец, сердце у меня джудеккинское, а этим все сказано.
Дженнаро
Это правда. Вы несчетное число раз доказывали мне вашу любовь ко мне и вашу отвагу в морском деле, а то, что вы сегодня, в такую страшную бурю, благополучно привели в гавань эту галеру, – достаточный подвиг, чтобы обессмертить адмирала. Как далеко отсюда до нашего королевства Фраттомброзы? Какой нам ждать погоды, Панталоне?
Панталоне
Эта гавань называется Спортелла. От города Фраттомброзы мы находимся в десяти милях. Погода улучшается, ветер заходит с запада. Часа через два, через три небо прояснится, а там часика через полтора самое большое мы будем во Фраттомброзе утешать бедного короля Миллона, вашего братца, у которого должно в ушах звенеть непрерывно, потому что вы то и дело его поминаете. Он, верно, смертельно беспокоится, что от вас нет ни вестей, ни гонцов. Да будут благословенны братья, которые так любят друг друга! Могу я теперь говорить, что вы – королевский брат?
Дженнаро
Да, теперь можете говорить.
Панталоне
