– Да, «У Гектора», – подтвердил Гусман. – Тот самый байкерский бар на южной окраине города, где девчонка по имени Эмми Штерн и паренек по имени Эд Рэнсом, как выяснилось, играли в группе.
– Если они чересчур красочно расписали, как будут получать деньги, то кто-нибудь вполне мог убить их из-за этих денег, – предположила Тесс. – Едва ли у них были лучшие в мире друзья.
Гусман притворился, будто его заинтересовала эта мысль.
– Да, точно. Дарден и Уикс выходят из тюрьмы, забирают где-то кучу денег, а потом кто-то убивает их из-за этих денег. Затем прячет тело одного в домике в Твин-Систерс, где проводили лето Эмми и ее дружок. А затем второй парень объявляется в «Эспехо Верде». По чистому совпадению. Кстати, мисс Монаган, вы его хорошо рассмотрели?
– Не очень.
– Видели что-то оранжевое на столе? Думаю, даже больше красное, чем оранжевое, хотя изначально оно было золотистым.
Футболка, чертова футболка!
– Как оказалось, это футболка из некоего заведения под названием «Кафе Хон», что в городе Балтимор, штат Мэриленд, – последние два слова он произнес с таким латиноамериканским акцентом, что она почувствовала себя неуютно из-за связи с этим городом. – У вас есть знакомые, у которых была бы такая футболка?
– Да, есть такие. У многих моих знакомых есть футболки «Кафе Хон», – ответила Тесс. – Их оставляют в местных гостиницах, как Библию или махровые халаты. У нас чуть ли не запрещено выезжать из города без такой футболки.
Но она знала: только одна футболка «Кафе Хон» была цвета манго.
– Вам известно, как погиб Фрэнк Коньерс? – спросил Гусман. Вопрос прозвучал как бы произвольно и неожиданно, но Тесс сомневалась, что детектив когда-либо делал или говорил что-нибудь, не преследуя определенной цели.
– Все знают о тройном убийстве, Гусман, – скучающе произнес Рик. – Его убили в ту ночь вместе с Лолли и кухаркой.
– Я спрашиваю не «когда», а «как». Видите ли, Лолли и кухарка, Пилар Родригес, умерли настолько спокойно и безболезненно, насколько это возможно. Просто получили по пуле в затылок. Но Фрэнка Коньерса разделали так, как будто пытались приготовить из него менудо.
– Менудо? – переспросила Тесс.
– Рагу из потрохов, – объяснил Рик.
– Вынули внутренности, – деликатно произнес Гусман. – Видите ли, я хотел объяснить помягче, но Трэхо вынудил меня сказать как есть. Разрезали горло. С Уиксом проделали то же самое. Из Коньерса вынули внутренности…
– То же самое с Уиксом, – закончила за него Тесс.
– Вы видели?
– Догадалась. А что насчет пальцев? Тоже все совпало?
Гусман нахмурил брови.
– Нет, с пальцами все оказалось иначе. Однако меня интересует другое. Мы никогда не раскрывали детали смерти Коньерса, но все равно кто-то узнал об этом. Кто-то, к кому Дарден и Уикс должны были привести нас этим летом.
– Третий? – спросил Рик.
– Три тела, три убийцы. Красивая арифметика, не правда ли? Ну, по крайней мере, пока что это все, что я собирался вам рассказать в связи с этим. Вы и так уже знаете больше, чем заслуживаете. Больше я ничего не скажу до тех пор, пока вы не поделитесь мыслями насчет места нахождения Эда Рэнсома и Эмми Штерн.
Тесс отрешенно произнесла:
– Ворон ушел бог знает куда. Если бы я знала, где Эмми, я бы уже была там. А вы шли прямо за мной. И впереди тоже. Насколько мне известно, полиция окружала меня всю эту неделю. Оглядываюсь назад, а вы там. Резко останавливаюсь – и один из ваших парней наступает мне на пятки.
Гусман вздохнул и – наконец-то – отодвинулся от нее. Ненамного, но она уже хотя бы не чувствовала, будто он сидит у нее на коленях.
– Даже не знаю, что с вами делать, мисс Монаган, – сказал он. – Возможно, мне стоит запереть вас в камере или отпустить и устроить слежку. Все зависит от того, безумны ли вы, как лиса, или просто глупы, как… как хомяк.
Он продолжал сверлить ее взглядом, будто у нее на лице могло быть написано, с каким животным ее ассоциировать.
– И?.. – наконец спросила она, проиграв в «гляделки».
– Отправляйтесь домой, – сказал он. – Только не перенапрягайтесь на тренировках.
Четверг. Утро. Тесс провела в Техасе уже девять дней. Она сидела в саду Аламо со стаканчиком арахисового мороженого и думала обо всем, что ей удалось здесь достичь.
Нашла Ворона – и снова потеряла.
Нашла двух мертвецов – оба к тому времени настолько разложились, что ее отношение к мягким сырам, наверное, изменилось навсегда.
Выучила, как сказать «Доброе утро!», «Хорошая собачка!» и «Ты отец моего ребенка» по-вьетнамски (последнюю фразу то и дело повторяли в сериалах миссис Нгуен, а та была достаточно любезна, чтобы перевести для Тесс).
Пережила coitus interruptus с участием спецназа.
Наткнулась на одно из заведений сети «Молочная королева» в торговом комплексе в центре Сан-Антонио и убедила подростка с отсутствующим взглядом за прилавком, что ее физическое состояние требовало принять мягкое мороженое с горячим шоколадом и арахисом в одиннадцать утра.
Да, путешествие затягивалось. Было бы здорово когда-нибудь это повторить – может быть, в конце следующего тысячелетия.
