– Да ты, похоже, бессмертный, раз смеешь перечить Зое! – раздался голос Глеба у меня за спиной. – Удивляюсь, – хмыкнул парень, посмотрев ей в глаза, – как ты еще этого шутника не прибила.
– Сама в шоке, – поморщилась Зоя.
– А тебя сюда каким ветром занесло? – поинтересовался я. – Телефоны не ловят, средневековье.
– Катюха-мелкая видела, как вы шли сюда, – ответил Глеб, усаживаясь за стол без приглашения и отнимая у меня ложку с медом. – Она у нас лучше всякого телефона, резвая деваха. Ты должен был запомнить ее, рядом с твоей бабушкой живет.
– Сарафан и суровый взгляд шахтера? Ага, как же, помню… Именно она, как я понял, и сдала меня вам.
– Верно. Говорю ведь, лучше любого телефона.
Глеб огляделся, ища, чем бы запить сладкий мед. Я, не растерявшись, схватил со стола свою кружку с малиновым чаем и звучно отпил из нее.
– Я чего пришел-то. Я самый старший из наших, поэтому именно мне следует предупредить тебя. Гнездо покинуть не выйдет, попытки ни к чему хорошему не приведут.
– Полагаете, я буду бездействовать? Как вы?
– Рассчитываем на благоразумие, и всего-то. Понимаешь, – Глеб облокотился на стол и заглянул мне в глаза, – если с тобой что-то случится, мы всего лишь погорюем какое-то время. Но от каждой твоей попытки покинуть деревню могут пострадать другие.
– Как кто-то может пострадать из-за этого?
– Мы не знаем, с чем это связано и почему так происходит, но, как только крысы вроде тебя бегут с корабля, всегда творится нечто жуткое.
– Крысы? – хмыкнул я. – Значит, теперь я для вас кто-то вроде крысы? Может, запрете меня?
– Не обижайся, Слав, мы все были этими крысами. Теперь мы не пытаемся сбежать, мы стараемся разобраться…
– Выходит? – теряя терпение, спросил я.
– Я бы не сказал.
Глеб сложил руки в замок и тяжело вздохнул. Было в нем что-то такое, что внушало доверие, но я упрямо отталкивал от себя это ощущение, уверенный, что кругом обман.
– Никто больше не станет удерживать тебя против воли. Это было ошибкой, но мы пытались спасти тебя, Слав. Теперь же у тебя нет выбора, поэтому предлагаю присоединиться к нам.
Нет выбора – та самая фраза, которая может вывести меня из себя.
Не будь я благодарен Зое за помощь, послал бы этих ребят в адово пекло, но вместо этого я молча встал, развернулся и ушел. Не готов я пока что сдаться и поверить в ерунду о проклятии. Не готов!
Бабушка встретила меня, как и предполагалось, вздохами и упреками:
– Да где ж тебя носило, Слав? Чумазый, как черт! Опять ребята допекали?
– Да нет, ба! Все в порядке, просто под ливень попал.
– Где ты ливень-то нашел? Сухо кругом, хоть бы малость смочило. Вон даже зелень на грядках припекло, полить надо…
– Я полью, – быстро ответил я, не желая услышать отказ. Костя меня пристыдил, так что теперь мне хотелось исправиться. – Пойдем, покажешь, где тут что.
– Пошли, – вздохнула бабушка, – заодно баньку истопим. Попаришься, отдохнешь после поливки огорода.
К тому времени, когда я полил весь огород, – а там оказалось неимоверное количество грядок, – время подходило к полуночи. Я устал настолько, что даже двигаться не хотелось, но теплая баня, пропитанная хвойным ароматом распаренных веников, придала новых сил.
Я удобно расположился на деревянном полке и как попало стал хлестать себя веником. Не уверен, что все делал правильно, но мне действительно стало намного легче. Усталости как не бывало, а простуда и подавно не решилась бы теперь ко мне подступиться.
Наступившая ночь была тихой, банное времяпрепровождение подходило к концу, мне оставалось только сполоснуться и вытереться насухо, как вдруг снаружи раздался необычайно громкий звук.
Прислушавшись и невольно бросив взгляд на единственное маленькое окно в бане, не прикрытое никакой занавеской, я с ужасом заметил чей-то силуэт. Первая мысль, которая пришла в голову, – деревенские снова шпионят за мной. Гнев уколол нервные окончания, я разозлился, подумав, что кто-то из ребят застал меня в чем мама родила, но потом успокоился. Зачем им это? Теперь все свои бредни насчет проклятия и ужасов, творившихся в Гнезде, они могут высказать мне напрямую.
Я подумал было, что это чья-то неуместная шутка, но тут звук повторился вновь, только на этот раз намного громче. Он был похож на вой хищного зверя и одновременно на жалобный женский крик. Казалось, стены в парной задергались, затряслись и заскрипели. Меня прошиб холодный пот, страх ударил по внутренностям.
Еще секунду спустя по расшатанному банному окошку забарабанило что-то невидимое… Я смотрел в темноту, но там уже не было ни силуэта, ни чьего-либо лица. Обычное окно, которое дребезжало само по себе, а этот грохот сопровождали поистине лютые завывания и крики.
Почувствовав необъяснимый, первобытный страх и дрожь в ногах, я еле добрался до одежды и попытался как можно быстрее натянуть ее на себя. Из-за воплей снаружи и непрекращающегося грохота – теперь что-то колотило еще и в дверь предбанника – дурнота полностью овладела мной.
