Ливень с каждой минутой все больше и больше прибивал меня к земле, будто желая замуровать мое тело в оковах щебенки. Вода была повсюду, она заливалась в рот и уши, не давала открыть глаза. Было трудно что-то увидеть и разобрать, но я ясно помню, как куст ивняка рядом со мной словно взорвался от разряда молнии. Я упал на колени, загребая мокрую почву руками. Это было не просто совпадение. Предупреждение.
– Да понял я! – задыхаясь от гнева, прокричал я. – Все, хватит!
Так же на четвереньках я развернулся на сто восемьдесят градусов и пополз обратно в деревню. Футболка и шорты неприятно липли к телу, в кедах хлюпало, а стекающая с челки вода приводила в бешенство. Сил идти не было, их почти не осталось даже на то, чтобы передвигаться ползком, но выбора мне никто не предоставил.
Инстинкт самосохранения не давал останавливаться. Только благодаря тому, что желал выжить, – а ведь я нутром чувствовал, что моей жизни угрожает настоящая опасность, – мне удалось вернуться к выезду из Гнезда. Увидев искаженное очертание кирпичной остановки за стеной ливня, я сделал усилие и переправился через барьер. Не совсем понял, как это произошло, но я будто вынырнул из вертикального водоема, переползая через черту, определенную погодной аномалией. Как только я оказался на той стороне, дождь прекратился…
И вот теперь я лежал на сухой насыпной дороге почти возле остановки с названием деревни и не мог поверить в случившееся. Солнце припекало, быстро высушивая оголенные участки кожи. Ненастье снова обошло деревню стороной. Уже дважды за день. Но самым странным и страшным во всей этой чертовщине было ощущение при переходе через незримую стену. Ведь тогда я понял – граница существует!
Я приподнял голову и посмотрел туда, откуда только что приполз, – солнце в зените, в траве стрекочут кузнечики, а нежно-голубое небо совершенно свободно от грозовых туч. Снова уронил тяжелую голову на теплую щебенку.
– Тронулся умом так же, как эти деревенские, не иначе, – прошептал я с закрытыми глазами. – Что это было? Галлюцинации?
– Сам ты галлюцинация, – проник в уши скрипучий голос.
Я, щурясь, приоткрыл глаза. Надо мной навис размытый силуэт, уставивший руки в боки. Собрав последние силы, я поднял корпус и сел, снова задрав голову. Мне хотелось рассмотреть обладателя такого неприятного голоса. Веснушчатая лупоглазая девчонка с медными волосами, забранными в пучок на затылке, сверлила меня недовольным взглядом.
– Отряд спасателей прибыл! – неожиданно громко воскликнул я.
– Ну точно идиот! – выпалила она, скрестив руки на груди и злобно надувая щеки. – Какого черта тебя туда понесло? Да еще пехом… Одного раза не хватило?
– Значит, Воронье Гнездо – действительно проклятое место? – пропустив вопросы девчонки, пробормотал я. – До сих пор не могу поверить в это.
– Придется уж, – хмыкнула она. – Ладно, пошли! Я живу тут недалеко… Чаем напою.
После такого приключения было сложно отказаться от чашки крепкого горячего чая. К тому же без посторонней помощи я вряд ли смог бы вернуться домой. Предложение было принято с превеликим удовольствием.
Дорога от остановки до дома Веснушки заняла довольно длительное время, хотя жилище моей новой знакомой находилось недалеко от въезда. Я повис на девушке без доли стеснения, закинув руку ей на шею, она пыхтела от натуги, но волокла меня, как истинный спасатель. Иногда я поворачивал голову, чтобы посмотреть на ее недовольное лицо, и улыбался, словно полоумный, но она и это терпела с достоинством. На самом деле я был в состоянии идти самостоятельно, но разве можно отказать себе в таком веселье?
Я сидел на старом, скрипучем стуле закутанный в теплый плед и с упоением потягивал сладкий малиновый чай. Какое-то время мы просто молчали, вылупившись друг на друга.
Я не выдержал первым:
– Как, ты говорила, тебя зовут?
– Я не говорила.
– Да уж, – протянул я, понимая, что с компанией деревенских ребят мне придется несладко. – А все же?
– Зоя, – буркнула та.
– Неужели кто-то еще называет так детей?
Не знаю, почему я не мог удержаться от подколов, – наверное, это заложено в характере, но Зоя оказалась не робкого десятка. Мне в плечо прилетел ботинок!
– С ума сошла?!
– Это я еще тебя пожалела, – хмыкнула Зоя, складывая руки крест-накрест на груди, – впредь выбирай выражения. Предупреждаю только один раз.
– Да я же ничего такого не сказал! Зоя… Ну подумаешь, имя древнее, зачем людей-то калечить?
Зоя схватила что-то со стола и зло зыркнула на меня, я подскочил на месте и дернулся в сторону, закрывая лицо руками, – вдруг опять что-то прилетит.
– Да угомонись ты, – хихикнула она, – это всего лишь ложка.
Девушка наклонилась к низкой тумбе возле меня, открыла дверцу и достала оттуда трехлитровую банку меда. Сняла крышку и накапала целую ложку душистого нектара.
– Ешь, – приказала Зоя, – малина поможет предотвратить простуду, но мед – всему голова, точно не подпустит болезнь.
– А я думал, – принимая угощение, ухмыльнулся я, – хлеб – всему голова.
