Ребекка бросила взгляд в сторону Хелены. Она прошла уже полмили, может быть больше, и на горизонте, над дальней стороной острова, начали формироваться кучевые облака. Возможно, ветер усилится. У нее не было с собой ни еды, ни воды. Спасательного жилета у нее тоже не было. Она так отчаянно пыталась сбежать с острова, что даже не взяла с собой самого необходимого. «Черт возьми, на что я только рассчитывала? Почему не подготовилась?» – подумала она.
– Я просто хочу домой, – тихо сказала Ребекка, словно оправдываясь.
Океан в ответ безмолвствовал.
– Я просто хочу увидеть своих девочек, – она выдохнула эти слова так, как будто они были последними в ее жизни. Ей захотелось расплакаться, но у нее не хватало сил даже на это. Потом Ребекку затрясло с ног до головы. Все тело болело.
Она позволила буре чувств ненадолго овладеть ею, но потом волевым усилием взяла себя в руки. К этому времени погода уже поменялась. Ветер усилился, и облака угрожающе потемнели.
«Никакой это не остров – с тоской подумала она. – Это – самая настоящая тюрьма. И я здесь в заточении».
И развернула шлюпку к берегу.
Когда собака бросилась на нее, Ребекка отпрянула назад, запнулась об оградительную ленту и потеряла равновесие. Падая, она увидела, как Джонни бежит к ней, бросив ведро.
Но, как оказалось, не Ребекка была целью нападения.
Собака кинулась на Стелзика. Он поднял руку, защищая лицо и шею, и тогда могучие клыки впились в его запястье, археолог закричал от боли, и лес подхватил его крик ужасным эхом. Он попытался стряхнуть с себя собаку, высвободить руку из тисков ее челюстей, но она его не отпускала, и собачьи когти рвали ему рубашку. Ребекка выпуталась из ленты и поднялась на ноги, и в тот же момент челюсти собаки как по волшебству разжались – уже через секунду зверюга унеслась в глубину леса и скрылась за деревьями.
Стелзик катался по земле и стонал, кровь ручьем текла по руке. Ребекка опустилась на колени рядом с ним, успокоила и принялась осматривать его раны. Выглядели они плохо, но могли быть и хуже. Джонни в это время пошел к лесу по собачьему следу.
– Рокси, – пробормотал Стелзик, прижимая окровавленную руку к телу и баюкая ее. – Это моя собака. Я не знаю, что с ней случилось.
Он мучительно подбирал слова:
– Я брал ее сюда на раскопки каждый день в течение последних семи месяцев, но сегодня она словно сошла с ума…
Ребекка посмотрела в сторону леса и вспомнила, что они пришли сюда на крик. Возможно, тогда это был не был крик боли или зов о помощи, а просто Стелзик звал Рокси.
– У Рокси есть прививка от бешенства? – спросила она.
– Да, я всегда водил ее к ветеринару вовремя.
– А не было у нее каких-нибудь травм за последние несколько дней?
– Нет.
– И она не дралась с другими животными?
– Нет, нет, ничего подобного.
– И во время вашего пребывания здесь она не болела?
– Нет, с ней все было в порядке.
Джонни успел подобрать ведро, заново набрать воду и вернуться. Он поставил ведро рядом со Стелзиком и, черпая воду горстью, принялся промывать раны археолога. Следы от зубов четко проступили на запястье и предплечье, на груди царапины в разрывах рубашки начали наливаться красным цветом.
– Кажется, я поскользнулся, – морщась от боли, проговорил Стелзик.
– В смысле? – недоуменно спросила Ребекка.
– Понимаете, я кое-что начал вспоминать. Рокси взбесилась, убежала в лес, я бросился за ней, но поскользнулся на скользкой тропе. Видимо, я отключился. Теперь у меня очень болит голова вот здесь.
Он снова дотронулся до рассеченной макушки.
– Нам нужно перевязать ваши раны, – сказала Ребекка.
– У меня здесь на раскопках ничего такого нет.
– Не волнуйтесь. У меня аптечка в машине.
– Вы говорите как настоящий врач, – пробормотал Стелзик.
– Я и есть врач. За восемь лет учебы любой научится перевязывать раны, – улыбнулась Ребекка.
Вместе с Джонни она помогла Стелзику сесть.
– Как вы думаете, что случилось с Рокси? – спросил он.
– Не знаю, – призналась Ребекка, – но нужно это выяснить. Это значит, что собаку придется поймать. Кстати, Карл, есть ли на острове какая-нибудь амбулатория или фельдшерский пункт?
– Нет. Просто имеется шкаф с лекарствами.
– Где именно? – спросила Ребекка, подумав, что в «шкафу», как выразился археолог, наверняка имеется больше средств первой помощи, чем у нее в машине.
– В общежитии, в котором я остановился.
– Вы сможете встать?
Стелзик кивнул.
– Думаю, да.
Они помогли ученому подняться на ноги, и тут заговорил Джонни:
– Извините, доктор Стелзик, я должен представиться. Я Джон Мерфи.
– Здравствуйте, Джон, – ответил Стелзик, пожимая протянутую руку. – Мне очень неловко, что вам обоим пришлось увидеть меня в таком ужасном состоянии. Мой «шевроле» остался на стоянке рядом с началом тропы. Наверное, вы сюда тоже на машине добрались. Не могли бы вы, Джон, оказать мне еще одну любезность и отвезти меня в общежитие, а по дороге мы бы с вами поговорили.
– Вы вовсе не обязаны, доктор, делать мне одолжение… – забормотал Джонни, но Стелзик прервал его.
