Не испытывая никаких угрызений совести, Яра налила похлебку по тарелкам. Себе побольше, девушке — половинку. Глядя на свою заступницу, Лера несмело взялась за деревянную ложку. Через секунду только стук ложек о края тарелок нарушал тишину комнаты.
— Ты его не бойся, — Яра утолив голод, отодвинула от себя пустую тарелку, — с мужчинами, как со зверями. Нельзя показывать свой страх.
— Даже если страшно?
— Особенно, если страшно. Только так это и работает. Особенно — здесь.
— А где — здесь? Это какая-то станция? Поселок?
— Все намного сложнее. Давай по порядку: сначала помоемся, потом я тебе все расскажу.
— А вы его совсем-совсем не боитесь, да?
— Драгомир спас мне жизнь. И спас моего ребенка. Многое было, но он — мой ближний круг.
— Даже не верится, что этот злыдень может кого-то спасти, — пробормотала Лера, заканчивая с похлебкой.
— Не унывай. Сейчас мы помоемся, и тебе перестанет все казаться в мрачном цвете.
— А вы со мной пойдете⁈
— Ты умеешь пользоваться русской баней?
— Э… нет.
— Тогда будет нужен инструктаж. Но я не навязываюсь. Кстати, привезла тебе немного одежды. После бани переоденешься во все чистое.
— Вот от этого точно не откажусь. В одеяле, конечно, тепло, но немного неудобно. Путается под ногами, — несмело улыбнулась Лера.
— Отлично. Тогда я заварю нам травяного настою. После баньки передохнуть с чайком — самое то.
Яра хлопотала по комнате, ненавязчиво вовлекая девушку в разговор. Стараясь внушить ей ощущение безопасности. Чтобы ежик наконец-то спрятал свои иголки и можно было нормально поговорить.
Через некоторое время в горницу зашел Драгомир. Буркнул: «Все готово» и ушел к себе в спальню.
Заговорщицки подмигнув, Ярослава повела девушку за собой. Из рюкзака, в предбаннике достала сменные вещи, брусочки мыла и шампуня. Заведя Леру в распаренную до среднего пара баню, Яра показала что и как, и отвернулась, чтобы не смущать девушку. Еще в доме заметила, какая та застенчивая.
Сама быстро ополоснувшись, постелила на полку полотенце и предложила:
— Ложись. Я по тебе веничком пройдусь.
— Это не больно?
— Я — слегка. Куда по твоим косточкам сильно? Переломишься.
Девушка бочком протиснулась и осторожно легла на живот.
— Ты чего такая стройная? Болела или диета?
— Нет, всегда такая была. Соседи даже подозревали, что дед меня плохо кормит. Вечно подсовывали что-то вкусненькое. Не помогало. Что ни съем — на боках не откладывается, — по голосу стало слышно, что девушка тепло улыбается.
— Как тебя подруги на костре, как ведьму, не сожгли? Ешь и не поправляешься, — ухмыльнулась Яра.
— Нет у меня подруг. Я по барам и клубам не хожу. Больше дома — с книжкой. Со мной — не интересно.
— Это дуракам с тобой не интересно. Бухать и жизнь прожигать — особо ума не надо. А вот с пользой жить — это уже напрягаться нужно. Не все хотят. Так, вставай. По-быстрому ополаскиваемся и пойдем. А то совсем разморит.
В предбаннике Яра протянула девушке вполне обычное полотенце. Сама обтерлась тканью. Достав второй кусок, обмотала вокруг себя наподобие тоги. Аналогичный предложила девушке.
— Садись, чайку попьем. Заодно волосы подсохнут. Где-то тут у меня гребень был. Я голову не мыла, мне еще обратно ехать. А тебе… вот — держи. Только осторожнее, рана на голове до конца не зажила.
— Спасибо вам за все — Лера расслабленно устроилась в кресле, поджав под себя ноги, — если бы не вы…
Чумазый беспризорник, оказался вполне себе миловидной девушкой с застенчивой улыбкой. На щеках появился еле заметный румянец, пепельно-белые волосы, отмытые от запекшейся крови, лежали вокруг лица крупными волнами. А глаза? Что — глаза? Необычного золотисто-оранжевого оттенка, и все. Мало ли как генетика легла. Нет, Драгомирушка, фиг ты ее получишь. Еще день-два — заберу к себе и скажу, что так и было.
Расслабленно посидев в предбаннике да под липовый чаек, девушки нехотя оделись и короткой перебежкой юркнули в дом. Недовольный хозяин дома, сидя в любимом кресле, встретил их скептическим взглядом. Впрочем, одна темная бровь удивленно приподнялась. Белая «мышь» стала заметно белее, после бани. Чистые волосы блестели холодным белым золотом. Прозрачно-светлая кожа лица светилась несмелым румянцем. Яра переодела девушку в теплые лосины, рубашку с длинным рукавом уже ее размера и сверху — вязанное серое платье без рукавов до середины бедра.
Войдя в дом, Лера аккуратно сняла накинутый на плечи плащ Яры. Внизу поставила свои канареечные резиновые убожества и с удовольствием натянула подаренные им носки. А ведь Яре и в голову не приходило у него разуваться!
В целом, в одежде беспризорник смотрелся куда как презентабельнее. Не видно ни торчащих ключиц, ни острых локтей.
— Кофе будешь? — по привычке спросил он у воительницы.
— Ты же знаешь — всегда да, — улыбнулась Яра, расслабленно присаживаясь на лавку.
