— Извините, пожалуйста! Можно мне взять что-нибудь почитать?
Драгомир спокойно дочитал страницу и только потом поднял на нее скептический взгляд.
— Почему я должен разрешить?
Вот же несносный мужлан!
— Потому что в противном случае я буду мешать вам читать. Начну разговаривать, читать стихи или что еще хуже — петь. Пою я отвратительно. В этом лесу нет столько медведей, сколько поплясало на моих ушах.
— М-да. Так себе аргумент, но сойдет, — Драгомир легко поднялся на ноги, отложив фолиант. Подошел к полкам с книгами. Задумчиво постукивая по подбородку указательным и средним пальцами, пробежался глазами по корешкам, — на вот, держи. Но потом не жалуйся. Разъяснять незнакомые слова не буду.
— А здесь разговаривают, как в книгах?
— Завтра в школе у Яры и поймешь, — всучив ей книгу, Драгомир зашагал обратно. Подумал и решил переодеться в домашнее. Прошел мимо кресла и в несколько шагов оказался у двери в спальню.
— Спасибо тебе большое, Драгомир, — раздалось ехидное за его спиной.
— Какая безрассудно-смелая мышь, — усмехнулся волхв, и зашел в спальню. Вернулся в горницу переодетый в свободные штаны на веревке из небеленого полотна и рубаху с широкими рукавами и круглым горлом. Закатывая рукава рубашки, с комфортом опустил свое тело в любимое кресло. Стараясь не замечать пристального взгляда янтарно-желтых глаз.
Лера во все глаза смотрела на хозяина дома. Эта одежда… Неужели они с Ярой сказали правду? Это не маскарад старинных костюмов? Но почему тогда ей дали вполне себе современные лосины и белье? Эх, как некстати рано уехала Ярослава! Ее о стольком нужно расспросить. Успокаивает только то, они… как это правильно сказать? Одномирники? Одномирянки? В любом случае ее слова подтверждают, что она не сошла с ума, у нее не бред и не галлюцинации. От вкусных травяных чаев.
Лера, от нечего делать, раскрыла великодушно выданную книгу. Разумеется пришлось продираться сквозь джунгли незнакомых слов, написанных знакомыми буквами. Она упрямо перечитывала странно звучащие слова, пытаясь если не понять, то хотя бы почувствовать их смысл. Он должен быть! Да, в школе она увлекалась историей и мифологией. Но вляпаться в какой-то древнерусский мир с волхвами и силами… Страшно и немного волнительно.
Наверное, правильнее было бы лить слезы и истерить, но как-то… не хотелось, что ли? Дед всегда учил целесообразному расходованию денег и времени. А в случае с истерикой — это ну никак не бережливое и правильное поведение. Тем более, что ничего не изменится. Есть конечно мизерный шанс, что ее разыгрывают или окружающие люди слегка не в себе. Но это она легко проверит завтра. Так зачем же нервничать понапрасну?
Время летело незаметно. Девушка не на шутку увлеклась незнакомой книгой, совершенно потеряв счет времени.
— Ты как хочешь, а я — спать, — сказал Драгомир, поднимаясь на ноги.
— Угу. Спокойной ночи. Я остаюсь здесь.
— В каком смысле? — уже у самой двери он остановился и резко развернулся.
Девушка нехотя подняла от книги глаза:
— Я не буду с вами спать! В одной постели и здравом уме.
— А в не здравом, значит хочешь и будешь? — ухмыльнулся мужчина.
— Вот еще! В не здравом я себя не контролировала. Поэтому я остаюсь здесь и буду спать на полу, — она гордо задрала подбородок, внутренне восхищаясь собственно смелостью.
— Вот как? — обманчиво мягко протянул волхв, — тогда вот тебе моя альтернатива: либо ты сейчас поднимаешь свои нижние «девяносто», идешь за мной и я помогаю тебе обустроить лежбище на печи. Либо я просто тебя свяжу и уложу на эту самую печь. Особо не заморачиваясь с твоим комфортом. «Хотелки» будешь демонстрировать в другом месте, поняла? Мне лечить бронхиты в твоем изможденном тельце ни разу не улыбается.
Девушка возмущенно засопела. Хотелось одновременно раскричаться и заплакать. Лучше бы она уехала с Ярой, чем оставаться наедине с этим высокомерным типом! Если бы не страх навредить людям — ни за что бы не осталась.
— Так что ты выбрала? — он скептически поднял бровь.
— Выбор без выбора. Как благородно, — пробурчала Лера.
— Еще одно слово…
— Да поняла я! — полыхнув гневным взглядом Лера поднялась на ноги. Оказывается, от долгого сиденья жутко затекли ноги и плечи. Стараясь не подать виду, что все тело колет безжалостными иголочками, поплелась за волхвом. Который даже со спины излучал холодное презрение. М-да, далеко она уедет с таким учителем! Как же хочется, чтобы завтра все это оказалось веселым розыгрышем, и она окажется на обычной железнодорожной станции. Ради такого, даже не обиделась бы на злую шутку, честно!
В спальне Драгомир выудил откуда-то из глубины шкафа соломенный тюфяк. Постелил его прямо на печь, сверху отдал уже знакомое Лере одеяло и великодушным жестом отдал подушку.
— Не пятизвездочный отель, но спать можно. И главное тепло, особенно для таких дрыщей.
— Ваше великодушие пробивает до слез.
— Да, я такой, — ухмыльнулся Драгомир и отойдя к кровати, скинул рубаху, расслабленно поведя крепкими смуглыми плечами.
— Вы что делаете? — вспыхнула девушка, молниеносно отворачиваясь к теплой стенке печи.
