— А уже по результату беседы и будем думать, что с вами делать, — добавил он, словно читая мои мысли.
Последняя фраза мне не понравилась, если мягко выразиться. Я почувствовал, как закипает кровь. Кто он такой, чтобы решать, что со мной делать? Я даже немного вспылил:
— А не слишком ли громкое заявление, уважаемый? — произнёс я, делая шаг в его сторону.
Но тот даже не думал отступить и открытым взглядом встретил мой взгляд. В его глазах не было страха — только холодный расчёт и… что-то ещё, что я не мог определить. Любопытство? Уважение? Насмешка?
Он посмотрел на меня и слегка хмыкнул:
— Ну, закопаете, предположим, вы меня тут… — он обвёл рукой окрестности, поросшие густым лесом. — Так тут, понимаете, какая вещь, Егор Андреевич. Если я через пару дней не вернусь, то за вами уже приедут другие люди. И, поверьте мне, они не будут разговаривать. А я же приехал поговорить.
Он произнёс это спокойно, буднично, словно обсуждал погоду или урожай, а не возможность своей насильственной смерти. Его уверенность заставила меня насторожиться ещё больше. Похоже, этот человек не блефует. За ним действительно кто-то стоит — и этот кто-то достаточно влиятельный.
— Вы уж простите за такую предосторожность, — продолжил он, заметив мою реакцию, — но по-другому никак. Случаи бывали разные.
Он сделал паузу, словно решая, сколько можно мне рассказать.
— Такие, как ваш, — он особо подчеркнул эти слова, и у меня по спине пробежал холодок, — это особый случай. И мы должны держать это всё под контролем. Потому что такие, как вы…
Он снова сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— Могут ничего плохого не сделать. А могут, наоборот, возомнить себя царём и Богом.
Последние слова он произнёс с особенным нажимом, и я понял — он знает. Знает и догадывается о том, кто я на самом деле. О том, что я не просто барин Егор Андреевич Воронцов. Что я — человек из другого времени, из будущего.
Мысли лихорадочно заметались в голове. Как он узнал? Что ему известно? Кто за ним стоит? И что теперь будет?
Незнакомец, словно читая мои мысли, продолжил:
— Так вот, царь, вернее царица у нас есть. И Бог у нас един. Вот для этих целей мне и нужно с вами поговорить, чтобы узнать о ваших дальнейших планах.
Он говорил спокойно, без угрозы в голосе, но от его слов веяло такой властью, что я невольно поёжился.
Я решил сменить тактику. Если он действительно знает обо мне, отпираться бесполезно. Нужно выяснить, чего он хочет.
Тут я заметил, что мой собеседник бросил взгляд куда-то мне за спину, и я невольно обернулся. Метрах в десяти от нас неспешно прогуливался Ричард. Он держал в руках небольшую книжицу, куда что-то время от времени записывал.
— А, смотрю, англичанина у себя разместили, — произнёс мой собеседник с едва уловимой ноткой, которую я не смог точно определить. То ли одобрение, то ли скрытая настороженность. — Ну, может, это и хорошо — под присмотром будет, — добавил он, не отрывая взгляда от иностранца.
Я слегка насторожился. Не хватало мне ещё обвинений в государственной измене.
— Какие-то проблемы с этим? — добавил я, кивнув в сторону Ричарда, который как раз остановился возле колодца, с интересом изучая его устройство.
— Нет, что вы, — поспешил успокоить меня собеседник, делая успокаивающий жест рукой. — Я навёл справки. Он не засланный шпион. Просто… так случилось, что он попал в наши края.
Его слова прозвучали настолько уверенно, что я невольно удивился. Откуда такая осведомлённость?
— Интересно, как же вы навели справки? — спросил я, чуть наклонив голову и прищурившись. — Он же до Тулы так и не дошёл.
— Ну, знаете, — он слегка улыбнулся, поглаживая бороду, — дошли купцы, которые его через всю Польшу везли, много чего понарассказывали, да и потом присматривали какое-то время за ним, пока шёл по России.
Я внимательно смотрел на него, пытаясь понять, говорит ли он правду.
— Ну а что ж тогда не спасли от душегубов? — чуть было не вспылил я, вспомнив, в каком состоянии нашёл Ричарда. Если за ним «присматривали», то почему позволили такому случиться?
Мой собеседник ответил спокойно, с философской невозмутимостью:
— Мы присматривали, ну а вмешиваться — зачем? Как судьбе было написано, пускай так и идёт, незачем вмешиваться. Вдруг история поменяется, не так ли, Егор Андреевич?
Его слова ударили меня, словно обухом по голове. Я понимал, что последняя фраза слишком открыто намекает на то, что та самая записка была от него. Кровь отхлынула от моего лица, а потом прилила обратно с такой силой, что в ушах зашумело. Я машинально оглянулся по сторонам, проверяя, не слышал ли кто наш разговор.
И тут я заметил, что и Захар греет уши неподалёку, делая вид, что проверяет колесо у телеги, и Фома рядом возится с упряжью, явно прислушиваясь к нашему разговору. Да и крестьяне, только что проводившие обоз, не спешили расходиться, бросая в нашу сторону любопытные взгляды.
Моя тайна была слишком опасной. Узнай кто из местных, что я не просто барин, а человек из будущего, из XXI века, — и неизвестно, чем бы это кончилось.
Я кивнул в сторону своей усадьбы:
