В нескольких словах я объяснил суть процедуры — как вводил иглу в вену, как следил за состоянием пациента. Говорил коротко, чувствуя, как усталость наваливается на плечи, а веки становятся тяжёлыми, будто свинцовыми.
— Ты уже извини, но я всё — пошёл отдыхать, — сказал я наконец, поднимаясь со скамьи.
А Ричард так и остался сидеть, переваривая полученную информацию. В его глазах читалось удивление, смешанное с восхищением и, возможно, даже с каплей той самой зависти, о которой я говорил при встрече. Маша накинула на плечи шаль и пошла проводить гостя, а я лег в кровать, чувствуя, как сон наваливается на меня.
Утро выдалось ясным — солнце, едва поднявшись над кромкой леса, заливало деревню мягким светом. Размеренность утра нарушил стук в дверь — уверенный, но не настойчивый. Я отставил недопитую чашку чая и пошел открывать.
На пороге стояли Петька с Ильей.
— Егор Андреевич, — начал Петька, теребя в руках шапку. Его лицо выражало нетерпеливое любопытство. — Хотели спросить — что там прошлый раз привез Игорь Савельевич?
Я посмотрел на них, не сразу поняв, о чем речь. Последнее время столько всего происходило, что детали выветривались из памяти быстрее, чем я успевал их там закрепить.
— А, вы про буржуйки? — наконец догадался я, вспомнив о металлических каркасах, которые недавно доставили в деревню.
— Да, — кивнул Илья, его темно-русые волосы, качнулись в такт движению. — Вы так и сказали, что они так называются.
— Ну, пойдемте посмотрим, — я прикрыл дверь и зашагал в сторону ангара.
Я поймал себя на мысли: «Вчера тут были, а про буржуйки и не вспомнили». Действительно, странно, что разговор о них не всплыл во время вчерашнего визита. Но, как часто бывает, одно дело вытесняет другое, и важные вопросы отступают перед насущными проблемами.
Ангар встретил нас прохладой и полумраком.
Буржуйки оказались в другой его части, скрытые за сложенными рядами досок. Их не было видно с того места, где мы вчера разговаривали с мужиками. Это неудивительно — каждый квадратный метр ангара использовался с умом. Доски, инструменты — всё было аккуратно сложено, создавая своего рода лабиринт из строительных материалов.
Глядя на это организованное нагромождение, в голове мелькнула мысль, что нужно было делать ангар побольше. Планировали с запасом, а вышло впритык. Впрочем, я тут же себя успокоил: «Ну да ничего, на следующий год исправим ситуацию». Всегда есть что улучшить, всегда есть над чем работать.
Мы обошли штабеля досок и наконец добрались до буржуек. Три металлических каркаса стояли у дальней стены. Я подошел ближе, проводя рукой по холодному металлу. Кузнец все правильно сделал — строго по чертежу, ни миллиметра отклонения. Каждый шов был идеально прокован.
— Прям как с конвейера выпустил, — пробормотал я, обходя буржуйки кругом.
Петька присвистнул, выражая свое восхищение. Его глаза блестели, как у мальчишки, увидевшего новую игрушку. Илья же был более сдержан — он внимательно осматривал конструкцию, время от времени кивая своим мыслям.
Я повернулся к Илье, который продолжал изучать буржуйки с видом знатока.
— Илюх, — спросил его я, — ты же Уваровский. Скажи — дом мой зимой нормально протапливается или холодно в нем?
Вопрос был не праздным. Дом, доставшийся мне от бабки, вызывал много вопросов, особенно когда речь заходила о зиме. Одно дело — проводить там летние дни, и совсем другое — жить в суровые морозы.
Илья задумался, почесывая затылок. Его лицо приняло сосредоточенное выражение, как будто он мысленно перебирал воспоминания, связанные с домом.
— Да кто ж его знает, — наконец выдавил он. — Еще когда бабка ваша жила в нем, вроде тепло было, по крайней мере не помню, чтоб родители говорили, что боярыня жаловалась.
Он помолчал, будто взвешивая следующие слова.
— А так — кто его знает. В этом году так первый раз за сколько лет он зимой топиться будет.
Я кивнул, понимая, что конкретного ответа не получу. Дом стоял пустым большую часть времени, и оценить его теплоизоляционные свойства было сложно.
— Так то мы же его утеплили, — добавил он, вспоминая недавние работы по обновлению дома.
— Значит, одну оставьте, — решительно сказал я, указывая на буржуйки. — А две подумайте, кому поставить, если точно знаете, что холодно зимой и печи не хватает.
Илья задумался, словно перебирая потенциальных кандидатов на получение дополнительного источника тепла.
— Хорошо, подумаю, — кивнул Илья, а его взгляд уже блуждал по ангару, словно оценивая, куда лучше установить эти металлические печи.
Я же всё это время хотел съездить к лесопилке — посмотреть, как идут дела, поговорить с мужиками. Но каждый раз одергивал себя — Фома с кузнецом должны вернуться сегодня, и мне следовало быть на месте. Да и дел в деревне накопилось немало.
Мысли путались одна за другую, и вдруг я вспомнил о еще одном неотложном деле.
— Степан! — громко крикнул я и направился из ангара, шагая между штабелями строительных материалов к выходу.
Свет, ворвавшийся через открытую дверь, на мгновение ослепил меня. Я прикрыл глаза рукой, привыкая к яркости дня после полумрака ангара.
