Она повернулась ко мне, и в её глазах была какая-то странная смесь стыда и желания.
— Да так, Егорушка, — ответила она неопределённо, отводя взгляд.
— Ну-ка, не хитри, — настаивал я, обнимая её за плечи. — Видно же, что что-то не так. Может, плохо себя чувствуешь? Или ребёночек беспокоит?
Машенька покачала головой, но молчала, словно стесняясь сказать что-то.
— Машуня, — сказал я ласково, — мы же с тобой муж и жена. Что бы ни случилось, мне можешь всё рассказать.
Она ещё немного помолчала, а потом, опустив глаза и покраснев, тихо произнесла:
— Мясо хочу.
— Мясо? — переспросил я, не сразу поняв, в чём проблема.
— Ну да, — кивнула она, всё ещё не поднимая глаз. — Очень хочу. Прямо терпеть не могу. Раньше такого не было.
Я не сдержался и улыбнулся.
— Машенька, солнце моё, — сказал я, целуя её в висок. — Ты ребёночка вынашиваешь, — объяснил я терпеливо. — И нужно есть то, что организм просит. Это для малыша необходимо. Сейчас же приготовлю тебе мясо. Какое хочешь?
Глаза у неё загорелись:
— А можно… свинины? Жареной?
— Конечно можно, — засмеялся я. — Всё, что душа пожелает. Шашлык сделаю.
Я вышел из комнаты и позвал Анфису, которая как раз возилась у печи.
— Анфиса! — окликнул я её.
— Слушаю, Егор Андреевич, — отозвалась она, обтирая руки о передник.
— Найди Степана и скажи, чтобы принёс треть пуда свиного мяса. Обязательно, чтобы это была шея — там мясо самое нежное и сочное.
Анфиса кивнула:
— Сейчас найду, Егор Андреевич.
— И ещё, — добавил я, — найди Петьку. Скажи, пусть сделает мне прочные, но тонкие и длинные пруты. С мизинец толщиной. Штук десять.
— А зачем они, Егор Андреевич? — поинтересовалась Анфиса.
— Увидишь, — загадочно ответил я. — Просто скажи, что чем быстрее, тем лучше.
Анфиса вышла во двор, и вскоре я услышал, как она переговаривается со Степаном. Минут через пятнадцать Степан постучался в дверь.
— Егор Андреевич, мясо принёс, — сказал он, войдя в сени.
— Хорошо, — кивнул я, принимая завёрнутый в холстину кусок. — А к Петьке послал?
— Послал, Егор Андреевич. Прохор поехал. Сказал, что к обеду было готово.
— Хорошо.
Мясо было отличное — свежее, с тонкими прожилками жира, которые при жарке дадут сочность. Я положил его в небольшой чан возле печи, чтобы оно быстрее растаяло. Замороженное мясо резать неудобно, а для того, что я задумал, нужны были аккуратные куски.
Через пару часов свинина уже достаточно оттаяла, и я принялся её разделывать. Нарезал на куски — не слишком большие, чтобы прожарились равномерно, но и не маленькие, чтобы сохранили сочность. Каждый кусок получался размером примерно с куриное яйцо.
— А теперь маринад, — пробормотал я, доставая необходимые ингредиенты.
Решил сделать самый простой маринад — соль, перец, немного воды и капнул туда уксуса. Лук порезал кольцами — он даст дополнительный аромат и сочность.
— Что это вы делаете, Егор Андреевич? — спросила Анфиса, наблюдая за моими действиями.
— Мясо мариную, — объяснил я, складывая куски в миску и заливая маринадом. — Чтобы мягче было и вкуснее.
— А долго мариновать нужно? — поинтересовался Петька.
— Часа полтора-два хватит, — ответил я, перемешивая мясо руками.
Петька с готовыми прутами приехал уже ближе к полудню. Вместе со Семёном они примчались на лошади, и Петька, соскочив с седла, гордо продемонстрировал свою работу.
— Вот, Егор Андреевич, — сказал он, показывая связку металлических прутов. — Как заказывали — тонкие, прочные, длинные.
Я взял один прут и внимательно осмотрел. Петька поработал на совесть — прут был ровный, без изгибов, с заострённым концом. Именно то, что нужно.
— Отличная работа, — похвалил я. — Настоящие шампуры получились.
— Шампуры? — удивился Петька. — А что это такое?
— Сейчас увидишь, — ответил я, откладывая прутья. — Мы же прошлый раз просто из веток сделали. А сейчас вот правильно будет — настоящие шампура. Степан, а ты из камней выложи очаг. Чтобы и поддувало было, и повыше. И дрова там разжигай, чтобы углей побольше получилось.
Степан заинтересованно кивнул:
— А что готовить будем, Егор Андреевич?
— Мясо, — ответил я. — Только особым способом. Шашлык. Только в этот раз из нормальной свинины.
Степан выложил очаг. Дрова разгорались хорошо, пламя уже поднималось высоко, и было видно, что скоро будет достаточно углей для жарки.
Пока мясо мариновалось, я проверил, как там дела у Машеньки. Она всё сидела в комнате, но уже выглядела более оживлённо — видимо, предвкушение вкусной еды подняло ей настроение.
— Как дела, солнышко? — спросил я, присаживаясь рядом.
— Хорошо, — улыбнулась она. — А что ты там готовишь?
— Это дрова горят, — объяснил я. — А мясо ещё не готовлю. Но скоро начну. Потерпи еще чуточку.
Машенька довольно вздохнула:
— Не могу дождаться.
Через пол часа, когда дрова прогорели и образовалась хорошая кучка красных углей, я решил, что пора начинать. Взял замаринованное мясо и один из прутьев.
— Смотрите и учитесь, — сказал я Петьке и собравшимся мужикам, которые подтянулись посмотреть на диковинку.
Начал нанизывать куски мяса на прут, чередуя их с колечками лука. Получился аккуратный шампур с равномерно распределённым мясом.
