Поставленный на «тишину», звякнул мобильник. Эсэмэска. Ворон поднялся мгновенно. Взял телефон со стола и удивлённо поднял брови. Алконост. Степан.
Прежде чем ответить — а в эсэмэске просили небольшого разговора, закрыл дверь в комнату, а потом и в кухню, благо короткий коридор между помещениями имелся. Да ещё засел так, чтобы от кухонной двери его скрывала стена.
— Доброго, — сказал Степан. — Я тут не один, и хотелось бы встретиться. Со мной Иннокентий. Он считает, что нам всем нужна помощь посредницы.
Некромант обратился к алконостам? Странно.
— Что случилось?
— Наши некроманты вычислили, что в городе произошло уничтожение двух упырей. Мы поняли, что вы сегодняшней ночью тоже поохотились — и удачно. Мы нашли места, где они уничтожены. Оборванную ткань городского пространства восстановили. И на всякий случай созвонились с Иннокентием. Он походил по местам, которые ему показали, и говорит, что упыри подняты чужими ребятами. Слишком много вложено в мертвяков сил. И вообще грубая работа. Как будто работали новички.
— Но Иннокентий… — начал Данияр.
Степан перебил.
— Иннокентий со своими не новички, а младшие. И мертвяков пока поднимать не пробовали. Но видят они замечательно — старшие успели научить этому. Ты готов с нами встретиться?
— Мои отдыхают, — напомнил ворон. — Ночь у нас была не из лёгких.
— Понимаю. Назначай время сам.
— Вечером. После семи.
— Принято. Один вопрос до встречи: у тебя есть хоть какая–то информация по делу?
— Есть, — без промедления ответил Данияр и тут же добавил, чтобы алконост не загорался выспрашиванием: — Проверяем и уточняем.
После секундной паузы Степан с досадой сказал:
— Были бы с нами — может, быстрей бы дело раскрутили.
И отключился. Данияр положил мобильник на стол и некоторое время смотрел на него. Скептически хмыкнул, вспоминая последние слова алконоста. Быстрей бы? Вряд ли. Алконосты — любители всё контролировать. Это в них подмечал ещё Всеволод. А Мрак, помнится, всё посмеивался: «Они на каждое дело понапишут двадцать папок бумаг, прежде чем на поле пойдут!» Ну уж нет. Каждому своё. Воронам — ночь. Алконостам — день. И пусть так и остаётся.
Но сон уже выветрился. Прислушавшись к себе, Данияр кивнул: ни в одном глазу! Пора приступать к другим делам, тем более — время.
Он открыл дверцу холодильника и выяснил, что готовить завтрак не надо: вечером девушки запекли курицу. Теперь её можно только разогреть — и вперед. Плюс остатки салата. В большой такой салатнице. И хлеба достаточно. Если что — морозильник набит любимыми Митей сардельками. А пока Данияр поставил чай и принялся за записи.
Отпивая из чашки горячий чай с травами — привет от Русиной бабули! — ворон писал то быстро, то с остановками, порой не зная, как сформулировать ту или иную мысль. Карина недавно подсказала ему писать с большими полями: если вдруг по записям будут сомнения, на полях можно записать вопросы. Так что, вспоминая все детали и тут же записывая их, рядом ворон брал на заметку: «Руся и Карина: как, примерно, выглядели некроманты? Старые или молодые?» Это он вспомнил, что обе девушки утверждали: рассмотреть лица неизвестных некромантов было нельзя, поскольку видели их словно сквозь волнистое стекло. То есть была та же заморочка, что и с номером машины: чужаки использовали заклинание — «обманку», при котором взгляд на них будто соскальзывал, а лица расплывались, искажая черты. Но Данияр считал, что по движениям чужаков можно всё–таки разглядеть их возраст. А это — большое подспорье для расследования: довольно–таки часто бывало в городе, и не только в их родном, что молодые «эзотерики» пытались нажиться, используя собственные способности.
Но этим–то, чужакам, в их–то городе что нужно?
Или он один из них — родственник того стоматолога–протезиста?
Выглядит правдоподобно.
Он так увлёкся записями, что вздрогнул, когда с небольшим треском открылась кухонная дверь. Дом–то старый, проседал потихоньку, вот двери, естественно тоже старенькие, порой в косяках слегка заклинивало.
— А где все? — сонно спросил Митя. И оживился при виде чашки. — Я тоже чай хочу! Ой, Данияр, что я видел!! Что я видел!! Ты не представляешь!!
— Садись, — велел ворон. — И рассказывай спокойно.
Рта Митя открыть не успел — прервал звонок в дверь. Так что парнишка–ворон, сжав первое попавшееся под руку оружие — столовый нож, шлёпнулся на мягкий стул и с тревогой уставился в сторону прихожей.
— Сиди, — вполголоса сказал Данияр и заторопился к двери.
Он, вообще–то, предполагал, кто это может быть. Время — прийти Русе. Но не ожидал, что вместе с ней на пороге окажется Карина.
Не здороваясь, ворон кивнул девушкам на кухню.
— Митя что–то видел. И, кажется, очень интересное.
Продолжать не надо было. Обе поспешили на кухню, где быстренько приготовили парнишке–ворону чай с бутербродами, а потом уселись напротив и буквально приказали:
— Рассказывай!
