Любопытный взгляд со стороны отвлёк от деловых мыслей. Напротив, через сиденье, сидела лицом к ним полная женщина в пёстром платье. На пустом месте рядом она удерживала пластиковое ведро со сливой, а на коленях — огромную сумку, из которой торчала огородная зелень и алели бока мясистых помидоров. Дачница. И?.. Время от времени она поглядывала на Данияра и на Русю и умильно улыбалась. Сначала Данияр решил, что ей нравится, как спит Руся. Потом по глазам он понял, что она любуется ими обоими, как парой. И сам поспешно перевёл взгляд на боковое стекло. Не до отношений сейчас! И Руся, несмотря на её решительность, не дама сердца ему, а… Он усмехнулся. Боевая подруга!.. Затем отмёл мысли о личном и попробовал думать о возможном вороне, который, возможно же, прятался на даче Мрака. Но данных маловато, чтобы предположить, что там был именно ворон. А если Мрак уступил чьей–то просьбе? Например, по каким–то причинам человеку нужно было несколько дней перекантоваться на даче, вдали от города? Наличие гитары в домике вроде как подтверждало эту версию. Впрочем, для размышлений опять–таки не хватало фактов…
Он осторожно придержал голову Руси на своём плече, когда слишком резко затормозил автобус. А вскоре они вышли на остановке и стали ждать нужную маршрутку.
Пока ждали, Руся, разомлевшая от сна под солнцем и алевшая пятнами на щеках, но при этом всё ещё остро соображавшая, спросила:
— А что это за учреждение, куда мы поедем?
— Отделение строительной организации. Полного названия не помню. Что–то связанное с архитектурой.
— А как они узнали, что ты… занимаешься такими делами?
— Сарафанное радио. Как у нас всех. Один человек знал обо мне. Ему понравилось, как я выполнил порученную работу и, когда узнал, что у кого–то другого проблемы такие же, как у него, отозвался обо мне, как о специалисте–эзотерике. Второй рассказал обо мне третьему. Вот и вся недолга. Так обычно спецов и передают — по слухам.
— А мы успеем до встречи с алконостами?
— Успеем. До семи времени ещё вон сколько! — И, снова улыбаясь, кивнул на здание старого автовокзала, на котором красовались старые громадные часы, не электронные, а на механизме. И затаил дыхание: увидит?
Ещё бы ей не увидеть! После стольких–то встреч за сегодня!
Девушка оцепенела, открыв рот. И Данияр вместе с нею некоторое время заворожённо следил, как с тех часов словно стекают белые невесомые облачка, которые, отделившись от циферблата, мгновенно превращаются в призрачно–белых птиц и улетают бесконечной рекой куда–то на восток…
— Это они… время? — прошептала Руся.
— Они.
— Почему — белые?
— Идеальные светлые духи дня.
— Но они и ночью работают! — возмутилась она.
— Всё правильно. Просто тогда они становятся незаметными даже для нас. — И предупредил: — Большего я рассказать не могу. По времени — не спец.
Подлетела маршрутка, куда девушку ему пришлось втаскивать чуть ли не силой. Да, идущее, бегущее, время завораживает порой даже его. Оплатили проезд и сели назад. Руся тут же прилипла к нему и спросила:
— А если часы сломаются?
— Дома лучше не оставлять. По ночам выходят такие тёмные сущности, что даже воронам не под силу. Разве что некромантам, но только очень сильным. Даже примета такая есть: нельзя оставлять дома сломанные часы и всякие будильники. Слышала о такой? Время–то остаётся вокруг часов, но становится… ну, если говорить обычными словами… беспорядочным. А для живых такое состояние времени — хуже нет.
Руся передёрнула плечами и со вздохом замолкла.
Корпус нужного здания назывался «Архитектура и градостроительство. Филиал».
— Я всё думаю, а вдруг нас сейчас отсюда… попросят? — прошептала Руся, пока они сидели на мягких стульях неподалёку от стола вахтёра, очень уж подозрительно поглядывавшего на них.
— Ничего страшного. Уйдём. Займёмся нашим делом — упырями.
— Смеёшься, да?
— Есть немного, — сознался Данияр.
По боковой лестнице быстро сбежал взволнованный человек в сером костюме. Добежав до вызвавших его, он с пару секунд молчал, разглядывая их. Он постоянно ерошил короткие волосы и близоруко щурился на Данияра, чтобы тут же с недоумением распахнуть глаза на Русю.
— Это вы специалист, да? — вполголоса заговорил он, заговорщицки оглядываясь на насторожённого вахтёра, словно боясь, что эти двое принесли ему, как минимум, запрещённую наркоту, о цене на которую ещё и сторговаться надо бы. — А девушка — тоже? Но мы договаривались только на одного. Или девушка?..
— Девушка — помощница, — спокойно объяснил Данияр. — Вы не могли бы нас проводить в те два кабинета, о которых говорили?
— Да–да, конечно–конечно! — спохватился человек, который, видимо, от неловкой для него ситуации забыл представиться.
