— Почему?
— Она считает это место своим, — пожал плечами Данияр. — А нечисти обычно трудно объяснить, что времена меняются. Что приходится порой уступать даже свои владения и искать другие пристанища. Так что вызываем Илью Максимовича, говорим, что придём завтра чистить помещения: он сказал — у них два кабинета нехорошие. Значит, Леднея–трясуница успела нагнать болотный дух не только в этот. А у меня с собой нет нужных трав и камней.
И они вызвали Илью Максимовича, объяснили ему ситуацию с завтрашним днём и заручились его позволением прийти назавтра. Он, слегка не только встревоженный, но теперь уже и преисполненный надежды, проводил их до выхода из учреждения. Хохлик, судя по всему привычно усевшийся на его плечо, оттуда и помахал лапкой Русе.
Пока ехали домой, Данияру позвонил Степан. Судя по голосу алконоста, он был страшно разозлённый.
— Что случилось? — спокойно спросил Данияр, чуть склоняясь к Русе, чтобы слышала и она.
— Сегодняшняя встреча отменяется! — рявкнул алконост. — Анжелика требует от вас передать всё то, что вы знаете об упырях и тех некромантах. В письменном виде и с подробностями! Только потом, после анализа этого материала, она собирается говорить с вами о происшествии на вокзале!
— Приезжай сам, — хладнокровно предложил ворон. — Записывай адрес. И поделимся информацией, и поговорим о том, о чём хотела бы поговорить Анжелика. Можно под запись. У тебя в мобильнике есть такая функция?
Тот осёкся на полуслове. Помолчал, а потом медленно сказал:
— А что? Неплохой поворот. Приеду. Говори адрес — буду после семи.
И распрощались.
Выйдя на своей остановке, Данияр вдруг замер, а когда Руся вопросительно оглянулась на него, он предложил:
— Иди домой, к бабуле, а я быстро сбегаю в магазин за продуктами. Что–то у меня впечатление, что холодильник почти пустой.
Руся, на автомате взявшая протянутый ей пакет с травами, тут же возмутилась:
— А что? Вместе нельзя? Может, я тоже чего–нибудь хочу? Мороженого, например?
— Я думал, ты устала и голодна, — усмехнулся ворон.
И они побежали к магазину.
А когда вышли, девушка подняла глаза к табло с электронными часами на остановке и ахнула:
— А мне показалось, мы так быстро всё сделали!
— Ты упускаешь из виду, что поездок было много — и все разные, — заметил Данияр, тоже вздохнувший: время — половина четвёртого! А потом покосился на девушку. Та старалась утаить, что постоянно зевает. Ничего. Придут домой — он категорически отправит её домой спать! Иначе ночью проку с неё будет мало.
В квартире Данияра сидела одна Карина и увлечённо читала книги с «эзотерической полки» стеллажа, которую Данияр старательно собирал когда–то, пока не надоело. Видение толстых продуктовых сумок взбодрило её: девушка–ворон тут же побежала на кухню разгружать эти сумки и планировать будущий ужин. Уже откровенно зевающую Русю Данияр лично проводил до бабули, успел услышать бурный восторг той при виде пакета с травами и цветами и втихаря улыбнуться, вспомнив, что и себе он кое–что для колдовских смесей надрал, пока шагали дачной тропкой.
Вернулся к себе и спросил у Карины, хлопочущей на кухне:
— А где Митя?
— Ему позвонили друзья, и он ушёл. Сказал, что ненадолго, — доложила Карина.
— Когда был звонок — помнишь?
— Около двенадцати, — уже растерянней сказала воронушка, глядя на кухонные часы. — Но он сказал…
— Ненадолго… — закончил Данияр и помог ей расставить последние вынутые из сумок продукты. Потом они посовещались, и Карина сказала, что сама будет готовить ужин, потому что не собирается сидеть на его шее и сама успела сбегать в магазин за некоторыми полуфабрикатами, если что…
Данияр вернулся в комнату и снова прикипел глазами к часам. Четыре вечера. И Митя один. Позвонить? Но если он с друзьями. В безопасности?.. Ближе к пяти прибудет Александр Михайлович… Позвонить Мите именно тогда?
На время выбросив мысли о парнишке–вороне, Данияр занялся записями, которые намеревался продиктовать Степану. Чтение и вписывание вспомнившихся моментов ночного происшествия так увлекло, что он чуть не подпрыгнул от дверного звонка.
Приехал Александр Михайлович, а с ним в квартиру вошла и Руся, которую о его приезде предупредили «знакомые» барабашки.
Шестой час. На кухне Карина уже привычно расставила блюда с такими закусками, которые можно брать, почти как со шведского стола. И которые тем удобны, что их можно оставить на потом. Первый вопрос Руси:
— А где Митя?
Данияр кивнул и взялся за мобильник. Спустя чуть ли не минуту незнакомый пьяный голос вопросил:
— Хто? Дани… Фиг знает, что тут у него написано… Дани… яр?
— Митя где?! — рыкнул изумлённый ворон.
— Тута… Дрыхнет…
— Тута — это где?!
Невнятный собеседник отключился, что–то ворча в сторону.
Вороны и посредница, слышавшие разговор, вопросительно взглянули на Данияра, и Руся сухо сказала:
— Десять минут вам с Александром Михайловичем на поесть, а потом ищем Митю.
