Не имело значения, одетым будет робот или раздетым, деваться было уже некуда. В своё время самым удобным мне показалось вывести расходники именно здесь.
И о чём я только думала…
— Спасибо. — Вдруг тихо произнёс мужчина.
— За что? — Отсоединяя первый блокиратор, уточнила я.
— За веру. Твой друг прав, у нас нет ни одного человеческого качества, только логика. Нет понятия совести и чести, нет страха, мы не чувствуем боли, не испытываем никаких эмоций… Мне сейчас действительно ничего не мешает убить тебя, затем избавиться от человека с оружием и покинуть это место в одиночестве.
От понимания опасности той ситуации, в которой я находилась, меня передёрнуло, в результате чего второй провод был вырван мною с корнем, но хотя бы без последствий.
А мой собеседник этого как будто и вовсе не заметил, продолжая невозмутимо молчать.
— Если ты не справишься в одиночестве, — наконец нашлась я, дрожащей рукой отключая третий блокиратор с его левой ноги, — то тебе понадобится оживить ещё одного робота, а без меня ты этого сделать никак не сможешь.
— Хорошо. Теперь у меня есть причина оставить в живых тебя, но не твоего помощника.
— Это я его помощница. Без него я ни на что не способна. — Слукавила я.
— А кажется наоборот.
Я пожала плечами, переходя к следующему прибору.
Отключать блокираторы было гораздо проще и значительно быстрее. Наибольшую трудность представляли провода, которые было необходимо не просто обрезать и изолировать, но ещё и поместить обратно в тело через крошечное кровоточащее отверстие…
Вскоре всё было кончено, а раны успешно спаялись без моей помощи.
Робот встал, потянулся, попрыгал на месте и даже сделал несколько небольших кругов по помещению, постепенно ускоряясь с каждым из них, а Ганс всё никак не появлялся. Мне ничего не оставалось, кроме как наблюдать за перемещениями мужчины, старательно игнорируя его обнажённость.
Наконец робот успокоился, вернулся и сел на своё место рядом со мной. Только сейчас я осознала, что всё это время вокруг стояла абсолютная тишина. Он двигался совершенно беззвучно.
Прошло около трёх минут, прежде чем безмолвие стало уж слишком напряжённым, и я не выдержала.
— А ты жил раньше? До того, как тебя поместили сюда? — Озвучила я первый скользнувший на язык вопрос. — Или тебя отправили в сон прямо с завода?
— Не знаю. Подобной информации не сохранилось, либо она была стерта.
— То есть та информация, что у тебя есть, вся встроенная?
— Наверное.
— И много её?
— Очень. Огромное количество программ со всевозможными данными на все случаи моей псевдожизни.
— А что-нибудь не функциональное есть?.. — Тут же заинтересовалась я.
— Не понимаю вопроса.
— Ну, содержание каких-нибудь книг, фильмов, названия и состав блюд… Излишняя информация, без которой можно обойтись?
— Не могу найти ничего подобного. Всё, что у меня есть, запросто может пригодиться в той или иной ситуации.
— В тебе никак не может храниться абсолютно вся информация на свете. — Твёрдо заявила я.
— Конечно нет, просто мне не с чем сравнивать. Скорее всего встроенным является только основной минимум, остальное загружается по мере необходимости.
— Боюсь, ты уже нигде не сможешь достать совместимого с твоей операционной системой софта. Устаревшая модель, запрещённый к производству тип техники…
— Ничего, буду дополнять базу данных доступными способами.
— Например, анализируя окружающее тебя пространство?
— Например.
Я задумчиво покосилась на дверь, за которой бесследно исчез мой напарник. Его не было слишком долго, и это пугало, но пока ещё можно было немного потерпеть.
— А ты всегда занимаешься подобным анализом? — Вновь обратилась я к собеседнику.
— Разумеется. Это обязательная встроенная функция.
— Значит бункер ты уже изучил?
— Да.
— И что?
— Пока не вижу ничего интересного.
Разговор снова сошёл на нет. Такими темпами я скоро исчерпаю весь запас вопросов.
— А ты способен устанавливать беспроводную связь с различными устройствами?
— Такая программа имеется, но она заблокирована.
Я озадаченно прикусила губу:
— Прости, это, наверное, я перекрыла ей доступ, испугавшись контроля извне.
— Не вижу в твоих действиях ничего предосудительного. В моей зависимости от кого бы то ни было не было ничего полезного.
Мы ещё немного помолчали.
— А у тебя есть имя? — Неожиданно вспомнила я.
— Есть серийный номер.
— Это не то!
— Понимаю, но это единственное, что гарантированно отличает меня от других роботов.
— А внешность?
— Не знаю.
И в зале вновь установилась тишина.
Я начала прикидывать, стоит ли отправляться на поиски припозднившегося напарника, и брать ли с собой робота, с которым потом придётся как-то расплачиваться за эту услугу… Но долгожданное появление Ганса с ворохом каких-то тряпок избавило меня от мучительных раздумий.
— О! Вы уже всё? — Разочарованно поинтересовался он, осторожно прикрывая за собой дверь. — Как-то быстро…
— Ганс! Ты опять за своё?! — Гневно воскликнула я, вскакивая на ноги. — Ревнуешь, что ли?
— Вот ещё! — Хмыкнул напарник. — Делать мне больше нечего.
