Ох, как же Васнецову хотелось сейчас сбежать из кабины. Буквально все в нем требовало этого поступка. Он и сам не мог понять, что послужило тому причиной. Неужели он испугался какой-то птицы? Что за вздор — бояться этих глупых примет? Нет, если бы Сергей Васнецов имел привычку быть с самим собой честным, он бы признался, что испугался ее — этой девушки. Но, с другой стороны, мало кто на свете имеет смелость сознаваться в своих страхах. Особенно перед самим собой. Сергей считал себя в первую очередь профессионалом, а потому быстро подавил в себе тревогу и это странное, необъяснимое желание покинуть борт. Сделав пару глубоких вдохов и уняв расшалившиеся нервы, он спокойно ответил первому пилоту:
— Да, всё чисто. Единственное — на рулёжке Bravo ремонтные работы, можем получить задержку.
— Ладно, подключусь к Внуково Ground. — Включив связь, капитан судна вызвал диспетчера: — Внуково Ground, добрый день, November-Tango-2345. На стоянке 36B, готовимся к вылету. Прошу разрешения на руление по маршруту в Kilo-One через FL400.
Сергей натянул на голову наушники и услышал ответ земли:
— November-Tango-2345, Внуково Ground. Принято. Ваша информация по вылету: руление через Echo, затем удержание перед Bravo. Ожидайте дальнейших указаний. Полоса вылета 24.
— Принято, — спокойно ответил первый пилот. — Руление через Echo до удержания перед Bravo, полоса 24. November-Tango-2345.
Пока шла передача, Васнецов еще раз прислушался к своим внутренним ощущениям и, решив, что просто не выспался сегодня, тоже включился в работу. Работа — она всегда отвлекает от дурных мыслей.
— Автопилот настроен, FL400 на первом эшелоне, — доложил он командиру. — Все системы работают. Топливо проверил, у нас 2,800 кг запас.
Вошла бортпроводница.
— Мы готовы, командир.
— Отлично. Как пассажиры?
— Всё в порядке, размещены. Подали напитки, все довольны.
— Вот и чудненько, — буркнул капитан и вновь связался с землей. — Внуково Ground, November-Tango-2345, пассажиры на борту, готовы к рулению.
Земля ответила через минуту:
— November-Tango-2345, рулите через Echo на предварительный. Полоса 24.
Все, с этого самого момента и у командира, и у второго пилота началась настоящая работа. Дурных мыслей уже ни у кого в голове не оставалось. Работу нужно выполнить. Выполнить так, как они умеют. Последовала рутинная проверка систем, затем рулежка. Короткая остановка. Ожидание указаний диспетчера. И можно взлетать. Взвыли турбины, самолет резво разогнался и плавно оторвался от земли.
Набрали высоту. Взяли курс. Включили автопилот. Поблагодарили диспетчера. Все, можно немного расслабиться.
— Кого везем, в курсе? — зачем-то поинтересовался командир у Васнецова.
— Шишки какие-то? — предположил Сергей, вновь вспомнив странные глаза единственной пассажирки на борту.
— А почему так спешно вылет готовили?
— Понятия не имею. Меня вызвонили среди ночи. Сказали, срочная халтурка. Так, по графику я только через два дня лечу в Рим. А что?
Сергею показалось, что его предполетная нервозность передалась первому пилоту.
— Да так… — неопределенно пожал плечами Бортников, следя за набором эшелона. — Может, по кофейку?
— Не, меня с него рубит.
— А я бахну. — Командир нажал кнопку внутренней связи. — Валя, освободишься, подай чашечку кофе, да покрепче.
Ответа не последовало. Бортников выждал несколько секунд и повторил просьбу. Тишина.
— Странно, — пробубнил первый пилот. Посмотришь, где они там? — Командир кивнул на запертую дверь.
— Так, не положено, Вячеслав Иванович… — затянул Сергей.
— Да ладно тебе, мы частники. У нас налицо две ленивые бортпроводницы, а полет предстоит долгий. Позови обеих, хочу сразу все точки над «i» расставить. От этого имидж всей компании зависит. Если они так клиентов будут обслуживать, у нас с тобой скоро совсем работы не будет.
Васнецов еще секунду сомневался, но поймав на себе взгляд более опытного товарища, все же снял свои наушники и прошел к запертой двери кабины.
— Камеру глянь сперва, — все же посоветовал первый пилот. — Мало ли что…
Сергей активировал небольшой экран и замер.
— Эм. Не работает.
— В каком смысле?
— Сами взгляните.
Сергей сделал шаг в сторону. Бортников обернулся и воочию увидел черный экран монитора.
— Вот, зараза! — Выругался он. — Машине, всего год, а уже сыпется. Вот оно – хваленое западное качество, (непечатно)!
— И что делать?
— Что, что — разбираться. Не в ладошки же нам ссать, коль приспичит.
— Аргумент, — пожал плечами Васнецов и отпер дверь кабины.
Первое, что ощутил Васнецов — страх. Простой животный страх, практически на уровне животных инстинктов. Он появился одновременно с резким металлическим запахом, ударившим по обонятельным рецепторам мужчины. Странно, но Сергею этот запах показался знакомым. Это же… Да, это был тот самый запах из детства. Давно забытый, стертый из подсознания, но все же такой знакомый.
