По ночам Кай продолжал спать на палубе, не вынося свою каюту. Он вытягивался на мешках, прислушивался к ленивому скрипу мачт, к трепыханию паруса. Иногда слышались сонные, приглушённые голоса. Юноша мог долго так лежать, с закрытыми глазами, или же глядя в рассыпанные на небе звёзды, следя, как кое-где они срывались вниз. В последние полгода он вообще не любил спать. Сон означал неизбежные кошмары, от которых он просыпался с криком ужаса. Сейчас они иногда возвращались. Какой невообразимой мукой было вновь потерять её во сне! Зная, что нашёл, снова упустить, опять! Желать как можно быстрее проснуться, и не иметь возможности… Он начинал верить, что сон – это явь, и просыпался, чувствуя горячие слёзы отчаяния на щеках. Это было мучительно больно.
Он помнил то время, когда они с Лией покинули их остров и плыли на «Буресмешнике» к южному архипелагу. Тогда, она казалась потухшей, слабой и безразличной. Ей ничего не хотелось, даже этого путешествия, только бы выполнить данное слово, и сгинуть.
«За что это с ней случилось? – думал Кай с болью. – За что ей эта мука? Зачем ей дали попробовать счастья, чтобы вновь отнять? Это слишком жестоко».
Хотя кто знает, должно быть, так тому и суждено было случиться. Где-то в глубине души он чувствовал, что кроме Лианны с таким грузом и такой болью не справился бы никто.
Кай почти уснул, когда вдруг услышал лёгкие шаги и открыл глаза. Рядом с ним застыла тёмная фигура, но родные черты лица он сразу узнал.
– Лия…
– Ты всё ещё не можешь спать в каюте? – спросила она тихо.
– Да. Думаю, никогда не смогу.
– Я теперь тоже не могу. Слишком темно, душно, я там словно задыхаюсь, – она притихла и села рядом. – Подвинься.
Сердце Кая замерло и тяжело забилось, когда она легла рядом, сложив руки на животе и глядя в небо. Он чувствовал её на своём плече, как её голова склонила к нему. Распущенные волосы Лианны рассыпались у него на груди, Кай с жадностью вдыхал их запах, чувствуя, как внутри всё загорается. Никогда прежде он не видел, чтобы Лия распускала косу. Даже лицо её менялось, когда его обрамляли локоны, когда она не затягивала волосы назад, ненавидя их. Но как он их всегда любил! И он старался не шевелиться, боясь, вдруг он проснётся, и она исчезнет.
– Понимаю, почему ты предпочитаешь спать здесь, – проговорила она, продолжая глядеть вверх. – Нет ничего более вольного, чем небо…. Вот только я и там буду, как в клетке.
В голосе её послышалась горечь.
– В клетке ты только на земле. Там ты будешь свободнее, чем кто бы то ни было, – ему хотелось подбодрить Лианну, но это оказалось жалкой, смешной попыткой. Он верил в свои слова, вот только не знал, будет ли Лие там лучше, чем здесь, на земле, с ним.
– Я не хочу, – донёсся её усталый, надтреснутый голос. – Не хочу туда, – девушка словно угадала его мысли. – Я хочу остаться здесь. И тогда все станут ненавидеть меня и бояться. И ты тоже.
Кай весь вздрогнул и повернулся к ней.
– О чём ты?!
Лианна взглянула на него с грустной улыбкой.
– Теперь ты тоже знаешь кто я. И должен бояться меня, разве не так? Я хотела оставить мир без Бога. Я заслуживаю ненависти.
– Замолчи, – резко оборвал он её речь. Внутри Кая всё просто клокотало. – Как ты могла решить, что я стану тебя ненавидеть?
Лия, казалось, смутилась.
– Я всегда поступала с тобой просто ужасно, Кай. Я всегда была к тебе несправедлива, а когда ты открылся мне, рассказал о своём самом большом страхе – я просто посмеялась над тобой. О, я уверена, что меня можно ненавидеть! Особенно тебе.
– Какая же ты бестолковая! – воскликнул он с чувством, крепко, до боли сжимая её руку. – Думаешь, я рассказал бы тебе это, если бы не знал достаточно хорошо?! Я видел твоё лицо, когда рассказывал. Ты не посмеялась, я помню. Это был шок, даже ужас. Ты словно потерялась, и не знала, что тебе делать. Я вывел тебя из обычного состояния безразличия и покоя. И ты сделала единственное, что умела. Но я ведь тебя знаю, Лия! – Кай повернулся к ней, его глаза были серьёзными и пронзительными. – И я никогда не стану тебя ненавидеть! Я всегда знал, почему ты такая, всегда знал, что ты проклята с самого рождения, что отец готовит тебя стать Богом.
Лианна обомлела. Глаза её расширились, губы не могли произнести ни звука, кроме тихого, короткого:
– Как?..
Кай улыбался, глядя в её испуганное, такое красивое лицо.
– Я догадался, отчасти. Когда Арахт рассказывал нам о Боге, я слушал очень внимательно, а ещё внимательнее я следил за твоими глазами. Ты выглядела и восторженно и скучающе, будто уже сотню раз это слышала. И я знал о метке, – Кай осторожно опустил край её ворота, руки Лии взметнулись, чтобы остановить его, но потом бессильно упали обратно. Какая разница, ведь все и так знают. Рисунок мелкой сеткой покрывал её шею, взбираясь на подбородок.
– Один раз на тренировке, когда мы с тобой сражались, ты порвала рубашку на спине. Тогда то, я и заметил этот рисунок. Я прочёл много книг, чтобы убедиться, и всё понял. – Лианна глядела на Кая не то восхищённо, не то с испугом. А потом опустила взгляд и всхлипнула.
