Восхитительная ложь полностью

Я не могу отрицать притяжение, которое он испытывает ко мне, или то, как мое тело реагирует каждый раз, когда он почти прикасается ко мне. Роуэн Кинг — это мое спасение, человек, который лишает меня всякой логики, и я была бы лгуньей, если бы сказала, что он не тот, кто мне нужен прямо сейчас. Он тот, к кому я бегу, уголок тьмы, где я могу спрятаться от всего шума, ревущего в моей голове.

С ним я знаю, что нет безопасного места для приземления. Неважно, как я смотрю на это, если бы я позволила себе погрузиться в то, что он заставляет меня чувствовать, я бы падала вечно.

Постоянно околдованный своими меняющимися сторонами, Роуэн — загадка, окутанная дьявольскими искушениями. И глупая я, я жажду каждого его греха.

— Я не готова простить, но заставь меня забыть, — шепчу я эти слова, пока его дыхание ласкает мою шею, не оставляя после себя ничего, кроме желания. — Замени его руки своими, забери мою боль.

Костяшки его пальцев едва пробегают по моему позвоночнику, такое нежное прикосновение… Я чувствую себя самой драгоценной вещью, которую он когда-либо держал в своих руках. Рука, обнимающая меня за талию, скользит по моей грудной клетке, обводя кружевом лиф моего платья.

— Ar do shon, mo bhanríon, loiscfinn an domhan— Ради тебя, моя королева, я бы сжег весь мир.

Моя голова откидывается назад, и его язык скользит по изгибу моей шеи. Легко потеряться в прикосновениях его блуждающих рук. Наконец, его пальцы дразнят мое горло нежным, легким, как перышко, прикосновением.

Выдыхая сияющий вздох, я уступаю искрам, взрывающимся под моей кожей.

Его поза становится шире, ноги по обе стороны от моих бедер, когда он мягко наклоняет меня вперед. Мои руки натыкаются на окно.

— Скажи мне, где он прикасался к тебе, любимая. И я уничтожу это, чтобы оно стерлось из твоей памяти.

Я сжимаюсь, нуждаясь в его обещании больше, чем в следующем вздохе.

Слегка отстранившись, он расстегивает три жемчужные пуговицы у меня на затылке, расстегивая вырез моего платья. Передняя часть ниспадает вперед, собираясь вокруг моей талии и обнажая грудь. Затем он оставляет точечные поцелуи вдоль моего позвоночника, опускаясь на корточки.

— Это было здесь? — Он облизывает основание моей спины, уделяя особое внимание двум маленьким намеченным ямочкам. Его ладонь скользит по моей ягодице, мягкая и дразнящая, заставляя мою спину выгибаться, пока моя обнаженная грудь не прижимается к оконному стеклу.

Прохладное стекло касается моих сосков, посылая по моей коже ударные волны желания. Наконец, он находит маленькую потайную молнию и медленно опускает ее вниз, освобождая мои бедра от тяжелых слоев тюля. Дразня меня, он стягивает платье с моих бедер, пока оно не облегает мои ноги.

— Кто прикасается к тебе? — требует он грубым шепотом.

— Ты.

— Кто прикасается к тебе, любимая? — он повторяет, прежде чем поднять мою правую ногу и убрать материал со своего пути. Он повторяет действие с другой ногой, отбрасывая платье в сторону.

— Роуэн. — Его имя слетает с моих губ.

— В ту секунду, когда я увидел тебя в платье, я, блядь, понял, что буду тем, кто снимет его с тебя, — шепчет он на внутреннюю сторону моих раздвинутых бедер, его горячее дыхание увлажняет мою киску. Наконец, его губы ласкают мою плоть, когда кончик его языка проводит своим именем по внутренней стороне моего бедра. Он двигается все выше и выше, пока не останавливается у щели, где мои стринги на шнуровке скрывают его цель.

Когда его руки скользят вверх по моей внешней стороне ноги, его язык скользит по кружеву.

— Такая чертовски влажная для меня, любимая. — Наконец, его пальцы обвиваются вокруг края моего нижнего белья, прежде чем медленно стянуть их вниз. — Выходи.

Я делаю, как мне сказали, и смотрю через плечо, когда он бросает их рядом с моим платьем. Его взгляд ловит мой.

— Хорошая девочка, — хвалит он. Полностью обнаженная перед ним, его обволакивающий взгляд блуждает по каждому дюйму меня, когда он просовывает два пальца в мою ноющую щель. — Кому принадлежит эта киска?

Он продвигает свои пальцы мимо моего входа, когда опускает рот к моей ягодице, задевая зубами мою плоть, прежде чем побаловать себя крошечными кусочками.

— Тебе.

Удовлетворенный моим ответом, он сжимает пальцы, втягивая и разжимая их медленными, мучительными толчками.

— Это верно, mo bhanríon. Mo chorp. Mo phusa. Mo chroí. Minach. — Мое тело. Моя киска. Мое сердце. Моя.

— О… мой… Боже. — Я сжимаюсь вокруг его пальцев, чувствуя знакомую боль, нарастающую с каждым изгибом его пальцев. — Роуэн, мне нужно…

Он убирает руку и встает во весь рост. Его рука обхватывает мою шею, оттягивая голову назад, пока я не смотрю на него поверх своей макушки.

— Так же сильно, как я хочу насладиться моей блестящей киской, я хочу быть внутри тебя еще больше.

Извиваясь в его руках, я поворачиваюсь к нему, мне нужно видеть его лицо. Сделав два шага, он отталкивает меня назад. Мой позвоночник прижимается к окну, и я прикусываю нижнюю губу при соприкосновении.