— Посмотрите, как Ирка плывет! Плыви, Ирка, плыви.
И она плыла, Ох, как плыла! Красиво плыла… но медленно. Тренер часто заставлял ее демонстрировать технику, которой он добивался от своих перворазрядниц и даже КМС, восхищенно приговаривая:
— Вот красота! А?! Шедевр! Если бы еще и с места двигалась, цены бы ей не было! А если бы к вашей силе, да ее технику, у меня в команде одни чемпионки были бы!
Ирина в общем-то не завидовала своим более удачливым подругам. Ей совсем не хотелось стать как они: не хрупким созданием женского пола, а скорее подобием борца в юбке.
Ирину вполне удовлетворяли и ее неширокие плечи, и узкая грудная клетка, но спорт есть спорт и постоянно приходить к финишу последней — удовольствия не доставляло.
Отчаявшись добиться более значительных результатов, чем дефиляция туда-сюда лишь в водах своего бассейна, Ирина забросила занятия плаванием, оставившие, правда, ей на долгие годы возможность чувствовать себя в воде, как рыба. Но этой привилегией девушка в основном пользовалась на пляже, заманивая в воду менее сведущих пловцов мужского пола и посрамляя их своим превосходством.
Распрощавшись с плаванием еще в девятом классе, Ирина увлеклась стрельбой из пистолета. Особенно нравилась ей скоростная стрельба по силуэтам, в которой она показывала результаты на уровне мастера спорта.
Спортивный пистолет в ее изящной ручке творил чудеса, хотя пришло это далеко не сразу. Девушка хорошо помнила свой первый день в тире, когда пули ее оружия вместо того, чтобы достичь цели, взбивали фонтанчики пыли всего в пяти, шести метрах от нее. Тренер тогда с сомнением покачал головой, глядя на тонкие руки девушки, но ничего не сказал и от занятий ее не отстранил. И, как выяснилось позже, не ошибся. Очень скоро Ирина качала показывать прекрасные результаты.
С поступлением в медучилище времени на занятия спортом почти не осталось. Ирина понемногу забросила тренировки и, все еще числясь членом стрелкового клуба, приходила пострелять лишь по выходным.
Часы, проведенные в тире, полностью снимали усталость и напряжение, накопившиеся за неделю. Спокойная сосредоточенность этого занятия, полное отключение от внешнего мира, какая-то особая обстановка основательности и неторопливости, свойственная стрелковым тренировкам, вселяли в душу девушки ощущение мира и покоя. Этого заряда уравновешенности хватало ей на целую неделю.
Выйдя на улицу, девушка принялась энергично осуществлять намеченную программу. Она забрала в библиотеке книги, отложенные по ее заявке, посидела пару часов в читальном зале и отправилась в стрелковый клуб.
Миновав площадь Ленина, Ирина почти бегом по круто спускающейся в балку дороге добралась до тира. В клубе, где ее знали уже несколько лет, встречали Ирину всегда приветливо. Тренеры и стрелки с радостью оказывали очаровательной девушке различные услуги, но обычное отношение к красивой представительнице женского пола окрашивалось изрядной долей профессионального уважения к одной из немногих в городе женщин, виртуозно владеющих стрелковым оружием.
Ирина получила в оружейной полированный ящик со своим пистолетом и две сотни патронов. Тренер, зная, как редко она приходит, и с уважением относясь к ее таланту, боеприпасы обычно выдавал не скупясь.
Девушка прошла на огневой рубеж и в ожидании своей очереди пристроилась рядом со стрелком, отрабатывающим упражнение, «всухую», без патронов щелкая пистолетом.
Вынув из ящика оружие, Ирина занялась тем же. Она с удовольствием вновь ощутила полированную рукоятку, заботливо подогнанную тренером под ее руку.
Обычно стрелки сами вытачивали рукоятки своих пистолетов и револьверов, добиваясь того, чтобы каждый бугорок ладони удобно располагался на их деревянной поверхности. Как женщина Ирина была исключением. Никто и не предполагал, что эта юная особа самолично начнет изготавливать и подгонять пистолет под свою изящную ладошку, и этим конечно же, занялся тренер. Он потратил несколько недель для того, чтобы в конце концов девушка почувствовала, что оружие ложится в руку так, как будто изначально было изготовлено именно по рельефу ее ладони.
Парень на огневом рубеже дожигал последние патроны. Его револьвер нестерпимо грохотал в гулкой тесноте тира, выбрасывая рыжее пламя из ствола и из-под барабана. Когда он закончил, подошла очередь Ирины. Она заняла свое место, настроила автомат поворота силуэтов на самое минимальное время, изготовилась, и первая четырехсекундная серия грохотом разорвала воцарившуюся было тишину.
— Вот это да! — восхищенно воскликнул парень.
После тренировки умиротворенная Ирина отправилась домой, решив, что к гадалке поедет вечером. Визит этот уже не вызывал у нее той настороженности и внутреннего трепета, которые она испытала накануне.
Дома она пыталась заниматься различными делами, но все валилось из рук, а мысли крутились лишь только вокруг предсказания гадалки:
«Надо же такое придумать — выйдешь замуж через три месяца! Да в это время я только и буду думать о том, как поуспешнее окончить последний курс училища. Самое время для замужества».
