– Естественно, в нашу оккупационную зону. Конкретно на линию Хоф – Франкфурт-на-Майне. Таким образом, мы сможем объединить все наши войска в Германии, Австрии и Италии в один громадный и крепкий кулак, разбить который русским будет очень непросто. Что касается наших транспортных коммуникаций, то их придется переориентировать с севера на юг. Вместо Гавра, Кале, Роттердама и Бремена они пойдут на Марсель, Геную, Специю, Ливорно. От этого удлинится плечо доставки, но одновременно возрастет безопасность перевозок. Хотя среди итальянцев тоже сильно влияние коммунистов, но северную Италию гораздо проще контролировать, чем всю восточную Францию.
– Что же, относительно наших войск в ваших словах есть определенный резон. Но как нам быть в этом случае с нашими союзниками англичанами? Уход наших войск из Саксонии подставляет их под удар русских, и их положение серьезно ухудшится.
– Не стоит обманывать себя относительно положения английских войск. Оно катастрофично, и его вряд ли спасет наша прямая военная поддержка. Им тоже следует отступать, и чем быстрее они это сделают, тем лучше. Куда они будут отводить свои войска, это их дело. На мой взгляд, наилучший вариант – отход в район Кобленц – Люксембург, на юг Рейнской области. Таким образом, они получают крепкий тыл, прикрывают наш левый фланг и осуществляют контроль над французской границей.
– По-моему, вы излишне обижаете англичан, предлагая под их контроль столь скромный клочок территории. Мне кажется, что их войска вполне могут успешно действовать как минимум на линии Кассель – Кельн – Ахен, – не согласился с Брэдли Эйзенхауэр.
– О какой обиде может идти речь, генерал? Это всего лишь констатация того факта, что они не сумели удержать под своим контролем три провинции. Впрочем, если это им по силам, то они могут остаться в Дюссельдорфе и даже попытаться отбить Мюнстер. Это их право, – многозначительно сказал Брэдли, ни минуты не сомневаясь в истинных силах британцев. – Только хотел заметить, что в предложенном вами варианте англичане будут иметь открытый угол в районе Касселя. Мы закрыть его не сможем, и значит, для них будет постоянная угроза внезапного удара во фланг. Нет, самое удобное расположение британцев это линия Кобленц – Люксембург.
Айк не стал вступать в дискуссию с Брэдли. Оба обсуждаемых варианта имели свои плюсы, но окончательное слово была за англичанами. Вдруг они предложат свой вариант.
– Ваше мнение относительно вестфальской группировки английских войск мне понятно. А что вы скажете по поводу канадских войск, находящихся в Голландии? Черчилль уверяет, что они кинжал, нацеленный в спину войск Рокоссовского.
– Примерно то же самое, утверждал Гитлер по поводу своих дивизий, окруженных русскими в Курляндии. Он все готовился нанести удар в спину Сталину, но так и не успел этого сделать, – презрительно усмехнулся Брэдли.
– Нет, вы явно недолюбливаете наших союзников, генерал, и не верите в силу их армий. Да, сейчас канадцы переживают не самое лучшее время, но через две-три недели после своего укомплектования они будут представлять силу, способную вставить палки в колеса маршала Рокоссовского. Вот увидите.
– Вполне возможно, генерал, что через три недели все так и будет, только боюсь, что Рокоссовский не даст их канадцам. После выхода его войск к Рейну возникает сильный соблазн нанести удар в Арденнах и выйти к Кале. Войск у англичан на этом направлении практически нет, и, следовательно, помешать русским сделать это они не смогут. В этом случае их «канадский кинжал» превратится в очередной русский мешок. На этот раз «голландский».
– Что же тогда остается, эвакуация? Нет, Черчилль на это не пойдет, – уверенно заявил Айк.
– Это проблема господина Черчилля, фельдмаршала Александера, а также английского короля, за которым всегда последнее слово. Если они посчитают нужным защищать Голландию до последнего канадского солдата, это их выбор, да поможет им Бог. Меня куда больше интересует, какое решение примет президент Трумэн? Согласится ли он отвести наши войска из Саксонии или нет? Начнет воевать в Европе с русскими или сначала предпочтет завершить войну с японцами в Азии?
– Боюсь, что это для него будет трудным выбором. Ведь в случае отвода войск мы отдаем Сталину большую часть Германии, Голландию, Бельгию, север Франции, а сами будем довольствоваться своей оккупационной зоной в Германии, Италией, югом Франции и частью Австрии. Для политиков это неравный размен.
– Вы спросили мое мнение как у военного, и я его сказал. Политика же не мой конек, генерал, там слишком много грязи. Президент Рузвельт никогда не ставил политику впереди армии, умело держа баланс точно посредине. Я очень надеюсь, что президент Трумэн удержится от соблазна пожертвовать армией в угоду сиюминутных политических амбиций. Что он поймет – отвод войск это вынужденная, временная мера. Уступив русским сейчас, мы выиграем время и завтра нанесем им сокрушительный удар, от которого они никогда не оправятся! – решительно заявил Брэдли, и Айк с ним вновь согласился.
