— Он прав. — Нехотя признал Князев, — Не во всём, конечно, но прав. Вам не за что извиняться. На правду не обижаются…
— Мастер Де Гриас всегда говорит — нельзя судить других по их прошлому! Каждый имеет право на второй шанс!
— Я никчёмный человек, Саял, и я это сегодня понял против своей воли. — Ларри попытался встать, но безуспешно.
— Если будешь так говорить — так и будет. Ты слишком строг к себе! Давай, я помогу тебе подняться! — Саял с лёгкостью вытащила Ларри из ванны, и принялась вытирать полотенцем.
— Я сам смогу одеться. — Заявил Князев, когда Саял закончила.
— Точно? Мне не надо сопроводить тебя до комнаты? — Недоверчиво спросила девушка.
— Ты и так много для меня сделала. — Улыбнулся Ларри, — Я справлюсь. Ступай.
Саял покинула парня, тот через боль во всём теле оделся, и вернулся в комнату. Князев плюхнулся на кровать, не забыв поставить в интерфейсе будильник, и провалился в глубокий сон. Он и не заметил, как его нулевой уровень превратился в единицу
Воспоминания 4
Найти красотку-байкершу оказалось легче, чем предполагал Ларри. Сразу же после выходных, их роковая встреча случилась возле палатки с шаурмой неподалёку от банка. Князев вышел за своим привычным перекусом на обед, и случайно встретился с Ольгой. Девушка беззаботно сидела на своём мотоцикле, и поедала «гамбургер», совершенно наплевав на манеры. Ларри остановился перед ней и замер. «Что сказать? Как начать диалог?! Нельзя просто так стоять и пялиться!», — Нервничал Князев. Ольга заметила на себе его взгляд, и бесцеремонно сказала:
— Чего уставился, хлюпик?!
Паника в голове парня только усилилась, даже проступил холодный пот на висках. Князев собрался с силами, и ответил:
— Ты же Ольга, верно? Я… — Он не успел договорить, как словил на себе презрительный взгляд девушки. Она отложила недоеденный бургер, и подошла к Ларри:
— Ты ещё кто такой? Следишь за мной?! Или ты пришёл по поводу штрафов?!
— Постой, я просто хотел сказать, что ты обронила свои права в прошлую пятницу… Я хочу тебе их отдать. Ничего больше. — Неуверенным голосом сказал парень.
— Какие права? — Удивилась Ольга, и начала хлопать себя по карманам. Через несколько мгновений она поняла, что документов нет, и сказала: — Так давай их сюда!
— Да, вот они… — Ларри достал из нагрудного кармана рубашки ламинированный документ, и передал Ольге. Та выхватила их на полпути, и уставилась на Князева.
— Ну? Ты награды хочешь? Чего уставился?
— Обычного спасибо — хватило бы. — Мрачно сказал Ларри. Эта девушка резко разонравилась ему. Воображение рисовало её как такую вольную птицу, которая не представляет себе жизнь без полёта. В её случае — без мотоцикла. Но на деле она оказалась грубой хамкой без намёка на наивную романтику. С виду, она была ничем не старше Ларри, однако вела себя как прожжённая тридцатилетняя женщина.
— Ну, спасибо, типа. — Вдруг смягчилась Ольга, — Не, правда. Другой бы на твоём месте начал сталкерить меня, пытаться завести знакомство или потребовать денежное вознаграждение за находку, а ты — не такой. Зря я тебе нагрубила. Ну, мне пора! Глядишь, ещё свидимся!
— Ларри. — Бросил ей на прощание парень.
— Что «Ларри»? — Удивилась девушка.
— Имя моё.
— А! Ладно. Я запомню! Бывай, Ларри! — Ольга прыгнула на байк, и уехала в неизвестном направлении.
Глава 5: Я не сдамся!
Ларри проснулся без «будильника» за 20 минут до назначенного в интерфейсе времени. Словами не описать, как ныло и болело всё тело. Казалось, что болят даже волосы на теле и голове. Каждое движение сопровождалось колким болезненным спазмом мышц. Ларри уже и не помнил тот далёкий день, когда серьёзно занимался спортом. Это было в районе последнего курса в институте, и то парень ходил в спортзал с тщетным желанием познакомиться с девушкой. Да и не подходил он к ней, откровенно говоря, даже не пытался. Занимался себе тихо в сторонке, изредка пялясь на тренирующихся представительниц прекрасного пола, лелея фантазии «вот щас возьму и подойду к ним! Как заговорю! Как всё завертится!». Реальность оказалась куда как прозаичнее. Оказывается, чтобы завести новое знакомство — надо РАЗГОВАРИВАТЬ! Для прожжённого интроверта эта задача казалась невыполнимой.