Привычно пустые столики были заняты спящими на них чингалами в окружении остатков пиршества. Ларри посмотрел на свой календарь — сегодня была суббота. «Хоть какая-то общая черта у чингалов с людьми есть — отдыхать в пятницу», — подумал парень, и отправился к одинокому столику, на котором его ждал завтрак и компания Саял. Девушка сидела за тем же столом, болтая ножками. Князев присел напротив, и приступил к завтраку.
— Ну как? — С любопытством поинтересовалась Саял, и Ларри догадался, что сегодня готовила она.
— Восхитительно! Я бы попросил добавки, но не уверен, что ждёт меня в школе… Если снова будет физкультура — я бы предпочёл не есть вовсе, не в обиду твоим кулинарным способностям, Саял.
— Я рада, что тебе нравится! Матушка натаскивает меня уже третий месяц подряд, чтобы я могла отправиться учиться трактирному делу в соседний город. Говорят, там ценят умелых чингалов и нашу кухню.
— Так ты хочешь уехать отсюда? — Спросил Ларри, доедая свою кашу.
— Не то чтобы прям хочу уехать… Скорее, это обязательная веха в жизни чингалов. У нас не принято вести семейные дела в одном и том же городе. С тех пор как нам запретили плодиться, приходится разбредаться по свету и по чуть-чуть заселять своим видом все уголки королевства. И не забывай, что на аванпосте Мастера Де Гриаса живут сплошь взрослые от 60 лет. Детей мало, а подростков и того меньше. Будешь смеяться, но меня считают «старой девой», пока я ошиваюсь в родном городе.
— Чего-чего? — Ларри чуть не поперхнулся чаем, — Это сколько же тебе лет тогда?
— 28 недавно исполнилось… — Со вздохом сказала Саял, — Это моим сёстрам всего 19 и 21 год. Они пока считаются детьми, и на них не косятся с осуждением.
— Странные у вас критерии возраста… Я бы не дал твоей матери и 30 лет по человеческим меркам, а ей оказывается намного больше…
— Ей 63, если что. А сколько живут серы? — С явным интересом спросила Саял.
— Примерно, 60–80 лет, но тут как повезёт. Если со здоровьем не повезло — можно умереть и в 40–50. А то и раньше.
— Ужасно! Как же вы всё успеваете за такой короткий срок? А как же набраться опыта, отучиться, открыть своё дело, завести семью, да и просто жить себе в удовольствие? — Округлила глаза девушка.
— Да никак не успеваем, Саял! — Ларри истерично расхохотался, — Наш жизненный цикл печален, как не посмотри… Родился, чуть подрос — сразу иди учись на 12+ лет тому, что на 90 % не пригодиться в жизни, а дальше — работа до доски гробовой, без остановки. И вот в этом маленьком промежутке надо успеть обзавестись семьёй и как-то попытаться реализовать себя в этом мире.
— А как же старость? У вас не заботятся о старших, чтобы они могли спокойно доживать своё?
— И да, и нет. Тоже, как повезёт. Боюсь, в моём мире лучше не доживать до состояния немощного старика. К тебе начинают относиться как к отработанной батарейке — выбрасывают и никому ты становишься не нужен.
— Как-то это цинично, Ларри… — Саял аж прикусила губу в раздумьях, — Я не верю, что всё может быть так плохо.
— В стране, где я жил — обычное явление и всем плевать. Большую часть населения волновало собственное выживание. Какое тут дело до чужих проблем?
— Это… это какой-то ад ты описываешь! У меня в голове не укладывается то, что ты мне рассказал! — Возмутилась девушка.
— Но знаешь, что, Саял? — Девушка посмотрела на Князева, — Мне у вас больше нравится, чем дома. За эти несколько дней я получился больше моральной поддержки и хорошего отношения, чем за все годы в прошлом.
— Ларри, а ты не скучаешь по родителям? — Вдруг спросила Саял.
— Очень скучаю. — Грустно сказал парень, — Не думаю, что мне доведётся увидеть их хотя бы ещё раз… Я бы очень хотел помириться с отцом и сказать спасибо матери.
— Ларри! Зачем ты опускаешь руки раньше времени? Я бы вот, на твоём месте, сделала желание встречи с родителями как лучик надежды. Одна эта мысль грела бы меня, когда становится совсем плохо. Ты попробуй!
— Я постараюсь. — Честно сказал парень и тепло улыбнулся, — Ладно, мне пора на учёбу! Увидимся, Саял! И… Спасибо за приятную беседу!
— Удачи тебе сегодня! — Сказала на прощание девушка, когда Князев покинул таверну.
