Переферийным зрением вижу, как Орловы тревожно переглядываются и немного с сочувствием поглядывают на меня.
Сравниваемся с девочкой. Приветственно киваю головой.
— Добрый день, — фраза максимально нейтральная, подходит для приветствия самых разных категорий людей и ее можно применять без имени. И не надо гадать, мы с ней на 'Вы' или на 'ты'. По имени или имени-отчеству. Лицу придал выражение, среднее между официально-дружелюбным и приятельски-дружелюбным.
— Здравствуйте, Венера Христофоровна! — приветствуют Орловы. Теперь я знаю имя незнакомки, а с выражением лица я не угадал. Губки упрямо сжаты. На лице решимость. Что я ей такого сделал? Есть догадка, сейчас она подтвердится или опровергнется.
— Здравствуйте, Лариса Семёновна, Геннадий Семенович. — после приветствия моих спутников, требовательный взгляд строгих синих глаз остановился на мне, — Адам, можете мне объяснить свое поведение?
А я, услышав этот голос выпал из реальности. Этого не может быть. Моя супруга из прошлой жизни только маленькая. И совсем не похожа на свои детские фотографии.
Воспоминания вернули меня в прошлое, когда мы встретились в первый раз. Мы тогда молча простояли двадцать минут. Просто стояли и смотрели друг другу в глаза. Мы не произнесли ни одного слова. Когда наваждение спало, молча пошли рядом. Мы вообще редко разговаривали. Ни разу за время совместной жизни не прозвучало слово «люблю». Что значат колебания воздуха там, где есть полное взаимопонимание.
И вот это снова случилось, Я смотрю на нее и вновь, как тогда уплываю куда-то, но перед этим чувствую, что ко мне присоединилась вновь обретенная половина.
Вскоре мы вернулись в реальность. Сколько мы стояли, я не знаю. Есть все же отличия от нее прежней, а может мы еще не доросли. Едва только мы снова вернулись в реальность, она продолжила свою линию. Вот вновь упрямо поджала губы.
— Я жду ответа, Адам!
Вопрос крайне риторический, но требует немедленного конкретного ответа. Что она имеет ввиду? Решаю, поступить так как повел бы себя обычный пятиклассник. Изображаю смущение и попытку придумать связную отговорку. Мнусь некоторое время а потом выдаю.
Ну…., ээээ У меня не получилось.
— Как так не получилось? Неужели за все это время не нашлось хотя бы одной минутки позвонить? Мама нервничает, подруги посмеиваются
— Если они начинают насмехаться по первому же поводу, разве это подруги? Моя попытка остудить подругу, я теперь знаю кто она, с треском провалилась
— Я сама разберусь, кто мне подруга, а кто нет.
— Не стоит расстраиваться по всяким пустякам…
— Это не пустяки. Я постоянно слышу Тоташов сделал то, Тоташов сделал это. Одна я как в пустыне.
— Успокойся, я вернулся, все будет в порядке.
— В каком порядке, почему возле тебя крутится непонятно кто?
— Кто возле меня крутится?
— Я сказала, ты услышал. Дальше сам решай.
Подобное я уже слышал в этой школе.
— Все будет в порядке, — вновь успокоил я Венеру. Пойдем, не стоит оставаться здесь, — вокруг нас уже собралась и наблюдала достаточно большая толпа школьников. Дети существа непосредственные и понятие личного пространства им не знакомо. Вот и здесь, в который раз в этой школе я собираю зевак. Нет ни драки, ни ругани, но эти любопытные существа чувствуют, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Непонятно что именно, но от этого не менее любопытное.
Я приглашающе оборачиваюсь к ней через правое плечо. Она секунду смотрит на меня, потом идет следом за мной и устраивается по левую руку от меня. В толпе раздаются изумленные возгласы. Только что Венера демонстративно попрала все правила этикета и даже приличия, принятые у аристократов. По правую руку от женщины может находиться только законный супруг. Точка. Неважно, десять лет или сорок. Такие понятия зашиты у аборигенов на уровне подсознания с пеленок.
Идем к выходу. Тамбовцева идет с гордо поднятой головой, а я иду, подстраиваясь под ее шаг. В этой паре однозначно ведет она, а я иду как на поводке. В будущем все вернется на круги своя и станет как в нашем общем прошлом. А сегодня ее день, ее минута славы. А я… Я не имею права проиграть, тем более погибнуть. Ибо тогда девочка просто сгинет в этом жестоком обществе.
Выходим из здания в школьный двор. Лариса с Геной следуют за нами. Мальчик, чистая душа беззаботно топая, думая свои детские думы. Его сестра более наблюдательная и ее чувства противоречивы. На ее личике смесь злорадства, что «воображалы теперь узнают» и недоумения: как так быстро все произошло и достойна ли Тамбовцева находиться рядом с придуманным ее воображением супергероем.
