Законопослушный азиат предложил было обратится к школьной охране, но быстро понял бесперспективность идеи. Объяснять администрации что за школьником охотятся тайные убийцы было слишком долго, а без веских доказательств они и вовсе могли решить, что у первокурсников развилась паранойя. Прежде чем вовлекать других, нужно было самому как следует разобраться в ситуации.
— Есть возможность вернуть первый долг, Вышнецуий, — проговорил Джин. — Расскажи, почему за тобой вообще должен кто-то прийти?
— Не факт что это произойдет. Но Анна считает, что перестраховка будет не лишней, — тяжело вздохнул я.
— Уклончивые ответы не считаются настоящими ответами.
Джин был прав. А еще он имел полное право знать, во что вмешался из-за собственного
благородства. Парень не колеблясь пришел на помощь, и кажется ни капли не жалел об этом. Возможно, мы даже могли бы стать хорошими союзниками, но дружбы не получится без доверия.
— Можно мне подумать немного, чтобы понять, как лучше ответить на твой вопрос?
— Конечно, — пожал плечами парень.
Какую правду можно было рассказать? Голос не двусмысленно дал понять, что события одно знание о событиях в башне может стоить жизни. Что если «проверка» моей готовности защищаться была лишь предлогом для Рудневой, чтобы попытаться устранить нежелательного свидетеля?
— Хорошо, я расскажу тебе кое что, но ты должен знать, что это опасно.
— Никогда не возражал против небольшого приключения.
— Небольшого приключения не получится. по незнанию я вмешался в большую игру с серьезными игроками, и теперь не совсем понимаю, как остаться в живых, — покачал я головой.
— Продолжай, — меланхолично ответил Джин.
— В башне мне повезло наткнуться на нечто, чего, вероятно, не должен был увидеть первокурсник. Я рассказал обо всем госпоже Рудневой, а она велела мне быть осторожным, потому что кое кто захочет избавится от лишнего свидетеля.
— Тогда понятна ее попытка тебя проверить. Хотя это и не оправдывает внезапный ночной погром.
— Думаю она слишком повернута на безопасности.
— Что не удивительно.
— Я, вообще то, наследник боевого рода. Думаешь нас не готовят к подобным ситуациям с самого детства?
— Нет, не думаю. Ты слишком хорошо справился с дракой, чтобы подозревать тебя в неумении пользоваться острыми железками, — фыркнул джин.
— Готов ли я покраснеть от твоих комплиментов? Возможно. Слышу ли я издевку в отношении своего оружия? Определенно.
— Просто не понимаю европейской тяги к фехтованию. Люди давно изобрели огнестрел. К чему эти безумные танцы?
— Не всякая пуля пробьет силовую защиту, — фыркнул я.
— Мои пробьют, не сомневайся, — похлопал по кабуре Джин. — Ладно, что там дальше?
— Думаю, я пока не могу пока рассказать большего. Завтра поговорю с Рудневой, и если она не связана с убийцами, попытаюсь получить разрешение посвятить тебя в курс дела полностью.
— Разрешение? — приподнял бровь парень. — Неужели ты все еще готов подчиняться ей, не
смотря на всю эту мишуру с дымом и телепортациями?
— Мы можем злится на нее сколько угодно, но пока эта женщина единственная ниточка и способ хоть как-то ориентироваться в происходящем, — вздохнул я. — К тому же она теперь имеет неплохой рычаг давления, в виде нападения на учителя.
— Она сама ворвалась в комнату, мы лишь защищались.
— А еще продолжили угрожать ей, даже увидев истинное лицо, — закатил я глаза. — В любом случае, у преподавателя куда больше влияния, чем у парочки первокурсников, даже если мы правы с ног до головы. Если она заявит, что просто проходила мимо, не найдется ни одного свидетеля, чтобы опровергнуть эти слова. Она даже может не срывать свою попытку нападения, аргументируя ее желанием проверить боевые навыки будущих авантюристов. Как не подойди, все варианты против нас.
— Ладно, но ты уверен, что это действительно была Руднева, а не прикинувшийся ее личиной убийца? — спросил Джин.
— Почти на сто процентов. Она единственная, кто хоть как-то был в курсе, о предстоящей опасности. Никто кроме нее не знал о подробностях моего пребывания в башне. А еще, она сама назначила встречу в кабинете. Как только зайдем, сразу все поймем по реакции.
Уже закончив свою речь, я понял, что не совсем правдив даже с самим собой. Кроме Анны все еще оставался Голос, бесплотная сущность, мотивы которой были не ясны. А еще Крис, Вероника и сразу несколько стражей, прекрасно запомнившие мое лицо. Каждый из них запросто мог послать убийц, так что были не нужны даже мистические тайные организации.
Мы подошли к чужому общежитию. Как и наше, это здание было трехэтажным. Стойка ресепшена была пуста, поэтому мы поспешили проскользнуть внутрь, пока вахтерша не вернулась на место.
Мы осторожно поднялись по лестнице, и я тихонько постучал в дверь Светланы.
Прошло не меньше минуты, прежде чем девушка открыла, представ перед нами в одной ночной рубашке. Волосы ее были растрепаны, лицо сонным.
Пару секунд она щурилась на свет, затем широко раскрыла глаза: — Какого черта вы здесь делаете в такое время?
