— Нет, сэр, нашли несколько раньше, и до недавнего времени пытались разобраться, как эта штука работала, — ответил Даллес. — Это очень хитрое устройство, без какого-либо источника питания. Мы даже не поняли сначала, что это вообще такое. И лишь когда навели на него сильный радиолуч, устройство заработало как передающий микрофон.
— Fuck!.. Гениально! Мы можем его повторить, чтобы использовать в наших интересах?
— Запросто. Само по себе устройство действительно очень простое. Но вот принцип его действия — его явно придумал гений. Своего источника питания у него нет, и обнаружить его было очень сложно, а работать оно могло сколько угодно долго.
— М-да…
Некоторое время Эйзенхауэр боролся с сильнейшим искушением сделать Хрущёву «ответный подарок» с таким же подслушивающим устройством. Но он знал, что советский лидер, точно так же, как и он сам, принимая протокольные подарки, сдаёт их на хранение в музеи или специальное хранилище. Гарриман, как говорится, «тупо прокололся», повесив деревянный герб на редкость искусной работы в собственном кабинете.
«Подарок» не достиг бы поставленной цели, а при обнаружении микрофона едва начавшее возникать доверие и взаимопонимание были бы разрушены.
— Хорошо. Если такая необходимость возникнет, мы это используем, — решил президент. — Всё будет зависеть от развития нашего с Хрущёвым диалога. И поймайте этих русских шпионов. Я жду результат, мистер Даллес.
Результат последовал незамедлительно. Сотрудники отдела внутренних расследований ЦРУ, сознательно нарушив свои должностные инструкции и закон о статусе ЦРУ, запрещавший организации действовать на территории США (контрразведка — прерогатива ФБР), задержали после закладки информации в тайник лаборанта компании «Мортон Тиокол», занимавшегося в составе группы разработчиков совершенствованием рецептур твёрдых смесевых ракетных топлив. На допросе выяснилось, что задержанный с 1955-го года работал на советскую разведку, передавая все доступные ему данные по новейшим топливным разработкам компании.
За тайником было установлено наблюдение. Уже на следующий день наблюдатели засекли возле тайника человека, за которым ЦРУ следило уже некоторое время, подозревая его в разведывательной деятельности. Это его Даллес имел в виду, говоря Эйзенхауэру о «резиденте-нелегале». На момент разговора доказательств у ЦРУ ещё не было, но теперь они появились.
Несколько предыдущих недель наблюдения за «объектом» выявили многие его контакты и передвижения. ЦРУшники обнаружили, что «резидент» поддерживает связь через систему тайников, и установили наблюдение в местах, где он часто бывал. Они брали под наблюдение людей, которых подозревали в выемке содержимого тайников. Также они скрытно проверяли всю корреспонденцию, приходящую на имя «резидента» по почте.
Постепенно у них накопились доказательства, по большей части косвенные, что подозреваемый действительно является нелегальным разведчиком, хотя и не обязательно — советским. Но такое уж было время, что в каждом подозрительном типе сотрудники ЦРУ видели «шпиона красных».
После появления подозреваемого у тайника, который только вчера посетил человек из компании, работающей на военных, подозрения переросли в уверенность. «Резидента» задержали с поличным — в тайнике, как и сообщил лаборант, оказались важные данные на микрофильме — рецептура нового, ещё находящегося в разработке вида смесевого твёрдого топлива, результаты фракционного анализа твёрдой фазы, стехиометрические, тепловые и другие расчёты.
У других тайников в последующие несколько дней были задержаны ещё несколько человек, с которыми «резидент» поддерживал контакт. Допросы «резидента» не давали никаких результатов. Он назвал традиционное имя «Джон Смит», соответствовавшее его американскому водительскому удостоверению. Попытки склонить его к предательству обещаниями смены имени в целях защиты, пожизненной ренты в миллион долларов в год, и виллы в Калифорнии, на задержанного не подействовали.
(Программа защиты свидетелей в США начала работать только в 1970-м, http://www.truecrime.guru/index.php?topic=466.0 но разведка использовала подобную практику и раньше)
Во время беседы с Алленом Даллесом, пожелавшим лично допросить «русского резидента», «Смит» заявил:
— Я ни при каких обстоятельствах не буду сотрудничать с правительством Соединенных Штатов и не сделаю для спасения жизни ничего, что может нанести ущерб моей стране.
