— Прежде всего, тяжелый танк нужен для того, чтобы пугать супостата! — ответил Гречко. — Мы его покажем на Красной Площади, потом, — на каких-нибудь учениях с иностранными атташе. Для убедительности — продемонстрируем пробитые из его пушки броневые плиты, и что-нибудь ещё такое же, убедительное. Пусть враги делом займутся — начнут клепать всяческие меры противодействия! Заодно деньги потратят. Вспомни, как с ИС-3 было — когда его увидали, так едва самоходку со 180 миллиметровой пушкой на вооружение не приняли. Пусть ПТУР-ы тяжеленные, под 100 килограммов, делают, противотанковые пушки дурного калибра, авиационные ракеты, и так далее. Аналоги попытаются сделать. Нам даже и особо тратиться не стоит, — сделать несколько сотен танков, и смотреть дальше, как они деньги тратят на заведомо нерациональные решения. Сколько у нас таких танков на самом деле, они все равно никогда не узнают, — пусть думают, что тысячи, как ИС-ов.
— Ещё один важный момент, — дополнил Соколовский, — тяжёлые танки нужны для качественного усиления на направлениях главного удара или в обороне. Для этого мы сейчас тяжёлые танковые полки и держим. Это вносит в планирование противника элемент неопределенности, ему приходится решать — надо задействовать меры против именно таких танков, или нет. То есть, мы одним фактом их наличия перегружаем логистические возможности противника, вынуждая его возить лишние грузы, тратить лишние деньги.
— И не только это! — подхватил Гречко. — Так, как давеча под Афинами, кроме тяжёлых танков никакие другие отработать бы не смогли, — даже самые новые средние. Вдумайся, Никита Сергеич — танк получил 11 попаданий! Без пробития брони! А сам уничтожил 20 вражеских «паттонов», считай, безнаказанно. Такой выигрыш, даже если он кратковременный, дает существенное преимущество, что в обороне, что в нападении. Позволяет перехватить инициативу. И такой качественной разницы со средними танками, что в защищенности, что в вооружении, без заметного прироста веса брони не получишь. Опять же, у его пушки фугасный снаряд тяжёлый и ёмкий. Такой танк и как штурмовой против укрепленного противника будет работать эффективнее. Ну, а что он 55 тонн весом… Так посмотри, как шустро бегает! При этом в габарит железнодорожный нормально укладывается.
Пушка калибра 130 миллиметров, с большим и тяжёлым снарядом — отдельное преимущество. Для неё можно сделать управляемый или самонаводящийся снаряд, или корректируемый на конечном участке траектории. Сам знаешь, такие снаряды для 152-миллиметровок уже сейчас разрабатываются, — Гречко хорошо знал о пристрастии Первого секретаря к «высоким технологиям» и делал упор на новых возможностях. — Короче, нужен такой танк.
— И сколько вам их нужно? — без особой радости спросил Никита Сергеевич, неторопливо обходя стоящую рядом машину. Вблизи «Объект 770» смотрелся еще более массивным, надежным и грозным. И дорогим.
— Всего, по последним расчётам, в частях постоянной готовности у нас должно быть около 8500 танков в Советской Армии, — ответил Андрей Антонович. — Вот, от этого числа, — примерно 7–8 %. Кроме того, вероятно, кто-то из партнеров, побогаче, захочет такие танки тоже, что позволит, при грамотном подходе, все машины, поставленные в Советскую Армию, окупить. Разумеется, не мгновенно, но все же. Кроме того, его база, шасси — очень перспективная. Трансмиссия, двигатель, коробка передач — всё куда лучше и совершеннее того, что есть на данный момент. Такое серийное шасси будет очень полезно для создания различных военных и гражданских спецмашин.
Гречко хорошо обдумал речь, поэтому не зря упомянул перспективы двойного назначения агрегатов танка и их передовой характер. Вот в этих-то вопросах Никита Сергеевич в уговорах не нуждался.
— Ладно, что уж, — проворчал тот, — Я же не царь, в конце концов, чтобы меня уговаривать. Сами умные. Все уже решили. Просто и меня пойми, Андрей Антоныч, больно уж все это ваше барахло стране дорого обходится. Вы же мне только два года назад говорили — у нас есть отличный новый тяжелый танк, Т-10М, и отличный средний, Т-55. А теперь вот заново — и тяжелый, и средний вам уже не те, подавай новые…
— Так ведь это же не наш каприз, — ответил Гречко, — Противник вероятный технику совершенствует, нам тоже приходится. И не переживай, — мы про гражданские дела не забываем, в одной стране живем. По миру никого пускать не собираемся…
Так, после устранения всех выявленных недостатков, «Объект 770» поступил на вооружение отдельных тяжелых танковых полков Советской Армии под обозначением Т-11. Произведено их, на самом деле, было не особенно много, по советским меркам — всего 2910, с 1961-го по 1972 г. Из них 1200 были закуплены Египтом, где Т-11, после ряда модернизаций, стал основным танком, около 300, — Ираком, и другими государствами-участницами ВЭС. На вооружение Советской Армии и флота поступило всего 730 машин (АИ).
