Ещё по моему заданию товарищ Непобедимый, Сергей Палыч, делает ПТУР поменьше массой и размерами, для вооружения новых гусеничных машин и пехоты. Её так и назвали — «Малютка». Но работа ещё не закончена, привезли только макет. Для них в ГСКБ-47 разрабатывают комплекты боевых частей. Будут не только кумулятивные, будут и осколочно-фугасные, и зажигательные, и БЧ объёмного взрыва.
— Хорошо, посмотрим, что у него получится — Никита Сергеевич, не отрываясь от бинокля, с удовольствием наблюдал, как «паттоны» один за другим окутывались дымом и останавливались.
— Мы их системой пожаротушения оборудовали, — подсказал Устинов. — При попадании танк заполняется инертным газом.
— А для наших, боевых танков, можно такую сделать? — спросил Хрущёв.
— Для экипажа кислородные маски нужны. Либо — только для моторного отсека делать. Конструкторам задача поставлена, думают, — ответил Дмитрий Фёдорович.
— А что у тебя ракеты по настоящим танкам бьют, а танки по щитам стреляли? — Первый секретарь вновь повернулся к Гречко. — Боишься, что из пушки танк не пробьют?
— С чего бы? — удивился министр обороны.
Он взял лежавший перед ним микрофон рации, заглянул в блокнот, куда записал все позывные экипажей, и громким командирским голосом рявкнул:
— «Ромашки», прекратить стрельбу! «Незабудка», ну-ка, ё. ни по третьему слева х. ю подкалиберным! Да не промахнись, большое начальство смотрит!
Один из новых танков, даже не выезжая на огневую позицию, повернул башню прямо там, где стоял. Гулко ударила пушка. Хрущёв поймал биноклем «третьего слева», и с удовлетворением увидел, как «паттон» содрогнулся от удара и встал, как вкопанный.
— Хорошо попал! — одобрил Первый секретарь. — Это что за машина, не пойму.
— Объект 165, уральская разработка, Карцев постарался, — улыбнулся Гречко.
— А второй, рядом?
— Их же машинка, объект 166. Первые претенденты на роль нашего нового среднего танка, — маршал был явно доволен произведённым впечатлением. — Но спешить с решением не надо, — Андрей Антонович понизил голос. — Я тут на досуге почитал кое-что… Карцев в следующем году ещё более интересный танк сделает, объект 167, вот на него стоит повнимательнее посмотреть.
Хрущёв сообразил, что Гречко прочёл о будущей работе Карцева в ИАЦ.
— Понял, хорошо, — кивнул Первый секретарь. — Может, в следующем году сравнительные испытания устроим, и решим по результатам?
— Можно и так, — согласился министр. — Смотри, смотри, наши новые БМП. Эх, это ж даже не пехота, это ж почти кавалерия! — Андрей Антонович при взгляде на новые скоростные машины явно вспомнил своё кавалерийское прошлое.
На полосу препятствий выехали две машины, побольше и поменьше, с необычными клиновидными корпусами. Лёгкая отчасти напоминала ПТ-76, она была вооружена длинной тонкой автоматической пушкой и ПТУРами. Вторая, явно много тяжелее, была сделана на танковой базе, и несла пушку посолиднее, с виду, такую же, как на обновлённом ПТ-76. Машины неслись по полосе препятствий неожиданно лихо, особенно — меньшая. Более тяжёлая, конечно, отставала, но тоже ехала достаточно шустро.
— Лёгкая — это БМП-1, новая разработка, с 37-миллиметровкой от ЗСУ «Енисей» и перспективными ПТУР «Малютка» конструкции товарища Непобедимого, — пояснил Гречко. — Тяжёлая — БМП-55, на шасси Т-55, с 57-миллиметровкой от ЗСУ С-60 и ПТУР «Фаланга». Вообще для них обеих по несколько вариантов вооружения разработано. Ещё планируется делать на их базе линейки машин самого разного назначения — САУ, ремонтно-эвакуационные, разведывательные, штабные, использовать как шасси для ЗРК и других ракетных комплексов. Для десантников на базе лёгкой БМП будет облегчённая боевая машина десанта.
— И что они с этими пукалками против того же «паттона» могут? — скептически спросил Хрущёв. — Если только ПТУРом…
— Могут и ПТУРом, а вообще — смотри и не делай поспешных выводов, — посоветовал маршал.
На поле показались ещё два «паттона». Первой отработала БМП-1. Звонкая дробь очереди разнеслась над полигоном, от левого «паттона» внезапно полетели клочья. Ливень малокалиберных снарядов, как драконьим языком «облизал» танк, снося антенны, перископы наблюдения, с башни сорвало и отбросило далеко назад зенитный пулемёт, башня начала поворачиваться, но тут под ней сверкнул сноп искр, и её заклинило, затем от ударов снарядов лопнула правая гусеница, «паттон» повернулся бортом и беспомощно застыл.
— Однако… — Первый секретарь был приятно удивлён.
Правому «паттону» досталось ещё сильнее. БМП-55 хищно повела длинным тонким стволом пушки, короткая очередь — и танк завертелся на месте с разорванной гусеницей. Тут же ударила вторая очередь, 5 подкалиберных «стрелок» одна за другой прошили борт «паттона», поразив боевое и моторное отделение. Бензиновый мотор танка полыхнул таким костром, что Никита Сергеевич даже рот открыл от изумления. Впрочем, пламя подозрительно быстро погасло.
— Во, это система пожаротушения сработала, — довольно улыбнулся Устинов.
— Дык это в борт, а в лоб, небось, не возьмёт, — Первый секретарь всё ещё сомневался.
