Институт выбрал для эксперимента именно лис по нескольким причинам. Лисы относятся к семейству собачьих, и их было легче сравнивать с уже одомашненными видами. Но лисы не слишком близкие родственники собак, у них достаточно отличий, поэтому возможно проследить за тем, как влияет на виды принудительное одомашнивание. Лисы, используемые в эксперименте, уже были частично прирученными. В лисоводческих хозяйствах их разводили на мех уже достаточно давно. Поэтому работа по привязыванию их к человеку начиналась не с полностью чистого листа. На зверофермах по всей стране отбирали для исходной группы самых спокойных и доверчивых животных, а потом скрещивали по специально разработанной схеме.
Беляев подошёл к одомашниванию научно. Для дальнейшего скрещивания были отобраны наиболее спокойные и дружелюбные, не проявлявшие агрессии к человеку. Была также и «противоположная» группа, куда попадали наиболее агрессивные животные. Они тоже скрещивались между собой, для закрепления признака агрессивности, в чисто научных целях. Агрессивных лис держали в индивидуальных клетках, они постепенно стали настолько злобными, что бросались на сетку, если даже приблизить к ней руку в защитной рукавице.
Третья группа животных, где какой-либо отбор перед скрещиванием не производился, являлась контрольной. Беляева интересовало поведение животных во всех трёх группах. По ходу эксперимента лисам из всех трёх групп предлагались тестовые «задания», вроде извлечения корма из какой-либо хитрой кормушки или необычного места. Опыты показали, что «дружелюбные» одомашненные лисы справляются с «заданиями» хуже, чем лисы из контрольной группы. Зато их можно было не только держать в доме, но и взять на руки. Лиса совершенно спокойно сидела в объятиях человека или лежала, свернувшись калачиком.
(Можно увидеть своими глазами https://www.youtube.com/watch?v=zeilLQXOhfM)
Для того, чтобы ручное поведение у дикого животного начало доминировать, требуется не менее десяти поколений, то есть не менее десяти лет. Но доминирование означает одомашнивание вида в целом. Отдельные экземпляры, с самого раннего возраста проявляющие дружелюбие и расположение к человеку, начали отбирать уже с самого начала эксперимента.
Никита Сергеевич узнал о работе, проводимой в Новосибирске, после того, как Серов завёл в штате Комитета госбезопасности ручного песца, а ОБХСС начало арендовать его для борьбы с экономическими преступлениями в сфере торговли и производства товаров народного потребления (АИ, см. гл. 05–13). Нововведение не только изрядно насмешило Первого секретаря, но и заинтересовало. Тем более, что в период работы на Украине, у него на даче, среди прочей многочисленной живности — кроликов, уток, гусей, цесарок — жил лисёнок, которого нашли на даче охранники.
По характеру он был нелюдим, выкопал себе надёжные убежища в саду и весь день прятался там. Кормить себя он снисходительно позволял детям, но признавал за хозяина только Никиту Сергеевича. Постепенно лисёнок вырос в большого рыжего лиса. Когда Хрущёв возвращался с работы и шёл на свою вечернюю прогулку, лис следовал за ним по пятам. Стоило хозяину войти в дом, зверь мгновенно исчезал.
Лис по ночам охотился на домашнюю птицу. По утрам то и дело находили следы преступления — кучу перьев под кустом. Екатерина Григорьевна, мать Нины Петровны, державшая птицу, грозила лису страшными карами, но рыжему все сходило с лап, лис был номенклатурный.
Зная доброе отношение Никиты Сергеевича к животным, ему часто приносили потерявшихся в лесу детёнышей. В доме жили белки, жили без клеток, свободно. Им позволялось многое, особенно они любили прятать орехи в косы девочек — обеих Юль и Лены. Белки неизвестным образом заранее узнавали о приходе Никиты Сергеевича и, едва он открывал дверь, обшаривали карманы его костюма в поисках гостинца. Порядка в доме от белок не прибавлялось, они то прогрызали дыру в скатерти, то что-нибудь разбивали. Хрущёв относился к их проказам снисходительно, и лишь улыбался. (реальные факты из воспоминаний С.Н. Хрущёва)
Хрущёв посетил Новосибирский Академгородок и побывал в Институте цитологии и генетики. С собой в поездку он пригласил Владимира Ивановича Яздовского, руководившего в Главкосмосе медико-биологическими исследованиями, медицинской подготовкой к полёту человека в космос и программой биологических исследований, в рамках которой осуществлялись запуски животных на ракетах и в космических аппаратах. Дмитрий Константинович Беляев рассказал гостям о ходе эксперимента по одомашниванию лис, показал первые результаты. Никита Сергеевич заинтересовался и начал, как обычно в таких случаях, задавать много вопросов:
— С чего вообще вы взялись за такое необычное исследование, Дмитрий Константиныч?
