«Как моя задумка превратилась в ЭТО⁈». — Подумала я, слегка затравленно посмотрев на сидящего передо мной челове… монстра, переиначившего под себя все мои планы и задумки. — «Я всего лишь хотела купить небольшие боевые доспехи. А этот дорнийский лорд был идеальной кандидатурой — по словам Хоуленда у него можно было достать все что захочешь, и он умеет держать язык за зубами, никому не рассказав что таинственным рыцарем была я… И ведь не получится отказаться. Честь Севера и моя лично на кону. Вот за что мне все это?»
— Зачем вы это делаете? — Наконец спросила я. Мой голос показался мне надтреснутым и сухим, будто в мое горло несколько дней не попадала ни капли влаги. Слишком сильно вымотал меня этот разговор. — Что вам дает мое участие в турнире?
Странно посмотрев на меня и облокотившись на стол, Темпер ровным тоном начал перечислять причины:
— Вы правы — многое мне ваше участие не даст. За исключением двух вещей.
Не дождавшись от меня даже заинтересованного взгляда, дорнийский лорд продолжил:
— Во-первых, это ставки. — На мою иронично поднятую бровь, он лишь усмехнулся и взглядом попросив дослушать. — Леди Старк, вы просто не представляете, какие деньги крутятся во время больших турниров среди спорящих лордов. Десятки, если не сотни тысяч золотых меняют своих хозяев в эти дни, обогащая одни дома и разоряя другие. Но для меня главное не деньги, а услуги и вещи, которые многие лорды предлагают во время ставок. Хотите интересный факт — в прошлый крупный турнир, проводимый в Ланниспорте пять лет назад поменяли своих владельцев рубины «Кровь дракона», добытые в шахтах Четырнадцати огней и подаренные Серреттам несколькими путешественниками из Валирии. Сейчас они сияют на нагруднике принца Рейгара в виде его герба. Или другой пример — именно там Селтигарты проиграли два своих валирийских кинжала, оставшись владельцами всего одного топора. Кто их выиграл я не знаю, но сплавив их вместе можно было получить половину меча, о котором так мечтают Ланнистеры. А про услуги я вообще молчу — благодаря им появляться новые союзники, заключаться и расторгаться помолвки, а сборы и подати перестают действовать на некоторых людей, давая их караванам беспрепятвенно пересекать такие места как Переправу, Поднебесье, Золотой Зуб и многие другие.
От такого откровения я впала в легкий шок. Даже мне, далекой от политики и южных интриг, была ясна ценность валирийской стали и важность податей и налогов. Ведь именно благодаря историям о славных подвигах, совершаемых Старками со Льдом в руках, я стала той, кем являюсь, а о важности доли собираемых денег меня очень хорошо просветил наш замковый мейстер, обладавший аж двумя золотыми звеньями.
— И вы хотите с помощью меня выиграть спор?
— Да. Мало кто поставит на тщедушного и маленького рыцаря, а особенно на его проход в ¼ финала. На этом можно будет неплохо нажиться, рискуя по минимуму. Конечно если мне не врали и в воинском мастерстве вы и вправду не уступаете своему старшему брату.
— Не уступаю. — С лёгким вызовом сказала я, вспомнив, как обижался на меня Брандон, когда во время шуточных семейных турниров мое копье отправляло его полетать в грязь. Хотя немного обидно, что меня выбрали только из-за моего телосложения. — А вторая причина какая?
— Веселье.
От услышанного ответа я в очередной раз впала в ступор, не зная как на это реагировать.
— И не надо таких недоверчивых взглядов. — Продолжил тем временем Темпер. — То, что я сказал было чистой правдой. Эта жизнь слишком коротка и мимолетна, чтобы всегда озираться на мнение других и их здравый смысл. Поэтому я живу как мне захочется, создавая место, в котором будет жить мои дети и их потомки. Иногда давая себе маленькие поблажки в виде таких вот развлечений.
Видя этот веселый взгляд прищуренных зеленых глаз, я все больше понимала, что с этим человеком что-то не так. Слишком он странный, непонятный и… чужой для меня. И судя по капле пота, стекающей по виску Рида, он меня прекрасно понимал. Так что кивнув, давая согласие на эту авантюру, я с озерником, как можно быстрее попрощавшись с хозяином шатра, рванули прочь из этого лагеря.
Подальше от странного дорнийского торгаша.
Как я добралась до родного шатра, в сопровождении Хоуленда, у меня в памяти не сохранилось. Как и момент, когда отец и мать начали меня отчитывать и ругаться, что из-за моей пропажи они поставили на голову всех северян в Харренхолле.
Но мне было плевать.
В тот момент у меня было всего одно желание — упасти лицом в свою любимую подушку, привезенную с Севера и набитую мягким соколиным пухом, и заснуть. Что я и сделала. Завтрашний-сегодняшний день предстоял тяжелым, как и все остальные на этом пекловом Харренхольском турнире.
Темпер не обманул — доспехи и лошадь были доставлены во второй половине дня через Рида и примерены мной в заброшенной богороще Харренхолла, размером не уступавшей Винтерфеллу. Так что волноваться на счет того, что меня кто-то увидит, не приходилось.
