Элитные гвардии двух домов сражались не на жизнь, а на смерть. Всюду летели обломки копий, мечей и доспехов. Каждую секунду на землю падали новые порции крови, под звуки звенящих и сталкивающихся клинков.
А в центре всей этой вакханалии, словно в оке бури, кружились друг напротив друга два предводителя, скрестив лезвия своих орудий.
— Кто ты такой⁈ — Громко рявкнул Тарли, все еще находясь в легком шоке и не чувствуя своих запястий — слишком сильным был тот удар топора, отбивший ему руки.
— Лорд Феликс Темпер, владыка Осгилиата. — Представился из-за забрала ровный и твердый голос. Присмотревшись Рендилл и вправду заметил, что это не рыцарь Мартеллов, как он изначально подумал, ведь на изображенном гербе не было копья, а на фоне солнца горел пурпурный огонь. Герб самого молодого дома Дорна.
— Не припомню, чтобы у Темперов было свое оружие из валирийской стали. — Сквозь зубы сказал Рендил, давление на которого не прекращалось ни на мгновение.
— Забыл рассказать. — Ухмыльнулся под шлемом, со стилизованным кровавым гребнем, его враг. — Так мы будем сражаться или единственное на что способен знаменитый Красный охотник — это пустые разговоры?
— Нарываешься, мальчишка! — Первым разорвал клинч Тарли и, провернув над своей спиной Губитель сердец, атаковал, стремясь разрубить всего врага пополам.
— Это мы еще посмотрим. — Ответил ему Темпер, заблокировав меч, приняв тот на топорище.
Жизнь всегда полна совпадений и случайностей, происходящих каждую секунду. Некоторые считают, что это называется судьбой, неподвластной смертным, некоторые — итогом всех их действий до этого.
Так или иначе, Судьба и ее подруга Жизнь сегодня хорошо посмеялись над простыми смертными. Ведь одновременно с битвой дорнийского и просторского лордов, на мелководье безымянного брода вспыхнула не уступающая им по важности дуэль.
Высокий воин, одетый в полный латный доспех, с оленьими рогами на шлеме и гигантским молотом, который он играючи держал в одной руке, встретил своего самого ненавистного врага.
Его противник был как всегда великолепен. Облаченный в черный боевой доспех, с инкрустированными в кирасу рубинами, с матово-черным изящным клинком, развевающимся за спиной красным плащом и на гнедом боевом коне, он более органично выглядел бы на параде на улицах Королевской гавани, чем здесь, среди сражающихся и умирающих воинов, отдающих свои жизни за месть одного и за амбиции другого.
— Таргариен… — С чистой и незамутнённой ненавистью пророкотал Роберт Баратеон, чьи глаза уже давно стали красными от всепоглощающей ярости и лопнувших кровеносных сосудов. — Я убью тебя! Размажу твою башку своим молотом! Превращу ее кровавый фарш! Но прежде ответь мне ублюдок — что ты сделал с Лианной⁈
В ответ была лишь тишина. Сквозь прорези стилизованного под крылья дракона шлема на лорда Штормового предела смотрел пустой и незаинтересованный взгляд. Так люди смотрят на покойников. Рейгару было плевать на Баратеона, ведь для него тот был лишь ступенькой в его амбициозных планах.
Подавить восстание.
Свергнуть отца.
Избавиться от бесполезной жены.
Объединить Семь Королевств.
Стать истинным Обещанным принцем, героем пророчества.
И счастливо зажить вместе с Лианной и их еще не рождённым ребенком, породив новую легенду не уступавшую его далекому предку — Эйгону Завоевателю.
А пока нужно было избавиться от досадной помехи, которая еще что-то гавкает.
— … раз ты не хочешь отвечать я достану ответы из твоего хладного трупа! — Проорал Баратеон, хлестнув коня и поскакал к нему во весь галоп.
«Пора с этим заканчивать». — Подумал Серебряный дракон, как он давно называл себя в уме, и рванул в атаку. Нужно было закончить с этим глупым восстанием.
Судьбоносная битва началась.
А битва на правом фланге роялистов только набирала обороты.
— Ничего себе…
— Монстры…
— Чудовища…
Взмахи топора и меча, блоки и атаки. Все это слилось в единую симфонию поющего металла, остановив происходящие рядом сражения. Все с восхищением и благоговением смотрели как два человека пытаются покромсать друг друга на кусочки.
«Удар сверху, блок, сбоку, под углом, блок, блок». — Проносились словно молнии мысли в голове у Тарли, пока он, напрягая каждую мышцу, каждый нерв, каждую крупинку своих сил, сражался в битве, где каждый удар мог стать последним.
На доспехах Рендила, как и его противника, уже зияли несколько опасных прорех, полученных во время сражения, но это ни капли не мешало им выкладывать все силы в это сражение, с каждой секундой лишь ускоряясь.
Но как бы он не напрягался, они были максимум равны.
«Пекло!» — Мысленно выругался Красный охотник, когда резкий удар по диагонали, снизу-вверху выбил его из седла и опрокинул на землю, где ему пришлось группироваться и резко отпрыгивать, чтобы не попасть под новый удар врага.
«Да он только разогревается!» — В шоке подумал он.
Обычно если рыцарь упал с коня, то бой можно считать проигранным, ведь всадник обладает куда большей манёвренностью и высотой.
Но с Красным охотником это не работало.
