— Вы думаете почему, принцесса Арианна, не смотря на то, что ей уже третий десяток идет, до сих пор не замужем? — Спросил я, постучав пальцем по столу. — Мне тоже это было интересно, так что несколько Теней были отправлены занимается этим делом. И недавно был получен результат — у недавно почившего мейстера Солнечного Копья была найдена копия переписки Дорана с Виллемом Дарри, бывшим Мастером над Оружием Красного замка и тем, кто раньше воспитывал младших отпрысков Безумного короля, когда они жили в Браавосе. Они заключили помолвку между Визерисом и Арианной, на условиях что, когда изгнанный принц соберет в Эссосе армию и вторгнется в Вестерос, дорнийцы его поддержат и будущей королевой Семи Королевств станет Арианна. Ход неплохой, хоть и очень рисковый, но накрывшийся медным тазом из-за коронации Короля-Попрошайки золотой короной. Теперь понятно, почему я не хотел отдавать тебя тогда Дорану?
— Д-да… — Слегка заикнувшись, ответила Фиора.
В конце концов, ответив на большинство подобных вопросов и успокоив наконец расслабившуюся, под действием алкоголя и материнских объятий, девушку, мы перешли к главному вопросу дня.
Что делать дальше?
— Убить дракона не вариант. — Посмотрев на все еще спящего ящера, начал я, заметив как от моих слов слегка дернулась Фиора. — Во-первых, я без понятия как это отразится на тебе, дочь, ведь по хроникам Валирии и Таргариенов некоторые драконьи всадники после смерти своих драконов быстро хирели и умирали. Так рисковать тобой я не собираюсь. — Кивнул я улыбнувшейся и слегка расслабившейся девушке.– А во-вторых настолько бездарно и глупо уничтожать уникальный ресурс может только полный идиот, у которого фантазии не хватит найти ему применение. Что не говори, но иметь в своих руках легендарного монстра много стоит. Да и не поднимется у меня рука на одно из последних наследий древней Валирии.
Судя по одобряющим кивкам, все присутствующие были со мной согласны.
— Но все еще остается вопрос — что нам дальше делать? Мартеллы не простят мне твое сокрытие, Фиора, а большинство лордов Вестероса, узнав кто ты такая и что у тебя есть дракон, хоть и маленький, выстроятся в очередь за твоей головой. — Продолжил я, начав нервно ходить по кабинету и мысленно прикидывать варианты. И один из них пока выглядел очень заманчиво… — Да и дракон твой… так, нужно его как-то назвать, а то от слова «дракон» у меня уже язык начинает болеть. У тебя есть идеи, Фир?
— Н-нет… — Опешила от резкой смены урожденная Таргариен, посмотрев на продолжавшего спать ящера. — Я даже об этом не задумывалась.
— Ладно, забыли. — Прикрыв глаза и помассировав переносицу, ответил я. — Так или иначе нам нужно тебя спрятать. Я, конечно, не так много знаю о драконах и магии как Марвин, но некоторые факты мне известны. Во-первых, драконы не растут в неволе. Если хотим получить настоящего повелителя неба, а не маленького уродца размером с собаку, как последний королевский дракон, то нужно давать ему летать и охотится. Так что запирать его в замке или в катакомбах не вариант. Во-вторых, для жизни и сохранения над ним контроля, ты, Фиора, должна оставаться подле него, как мать воспитывающая собственного ребенка.
— И это значит… — Закончил мою мысль Аларик, пока я в очередной раз смачивал горло. — … в Вестеросе тебе оставаться нельзя, сестра.
«Все же я хорошо воспитал своих детей» — Подумал я, с нескрываемой гордостью посмотрев на сына.
В менталитете Семи Королевств этот момент всегда меня раздражал, вызывая невольный зубовный скрежет. Фанатичная привязанность к фамилии. Местные очень чтили свой род, настолько, что зачастую дети, воспитанные в чужой семье вообще не зная о своем положении, творили всякую дичь, стоило им узнать, что у них изначально была другая фамилия. Так, род Фишеров, первых королей Трезубца, прервался когда их воспитанник, воспитывающийся у них с младенчества, открыл ворота замка армии Дюррандонов, стоило ему узнать что он незаконнорождённый сын одного из их вассалов. Мальчика, в конце концов, постигла незавидная участь — несколько лет спустя оставшиеся в живых вассалы Фишеров напали на его отряд из засады и повесили его, как предателя, на собственных кишках. Но пример все равно был очевиден.
И таких историй множество. Далеко ходить не надо — если мне не изменяет память, кто-то из слуг Старков вскоре получит очень звучное прозвище Перевертыш. Жаль, что я не помнил кто. По крайней мере, только так можно было интерпретировать запись «Старки — Перевертыш?». Ведь все что касалось сериала, я забыл уже давно, и опираться мог только на старые записи, сделанный еще в молодости.
Так что тот факт, что Аларик продолжает считать Фиору своей сестрой, приятно грел мне душу. Хотя позже нужно будет провести личную беседу с ней самой и узнать как она относится ко мне и оставшейся семье в целом. Или лучше попросить Эйлис — в конце концов, с матерью она будет гораздо более открытой, чем с отцом.
