– Но если маркиз Ристо и остальные находились под осадой, как вы узнали об их бедственном положении? – спросила она. – Вы, должно быть, уже упоминали об этом, но, боюсь, я всё позабыла.
Конечно же, она не забыла, но никогда не помешает добавить своему образу лёгкую нотку беспомощности – не переигрывая, как она делала в роли Дочери Мельника в фарсе «История сельского священника», но достаточно, чтобы создать у Энеаса впечатление зависимой от брата сестрёнки, которую нужно опекать.
– Поскольку Ристо выполнял задание моего отца, он взял с собой голубей, чтобы послать сообщение обратно в Тессис. Последних он захватил из нашего приграничного форта в Драймусе – я удачно застал там маркиза, когда его отряд делал в крепости остановку, и решил задержаться в ней со своими людьми ещё на две недели, поскольку мне было интересно послушать его отчёт о положении дел в Иеросоле.
– Как умно, ваше высочество, – восхитилась Ивгения.
Энеас взглянул на девушку с лёгкой укоризной.
– Повторюсь, моя леди, – это была чистая удача. Я и подумать не мог, что Ристо окажется в кольце врагов. Ксис демонстрировал силу Иеросолю уже много лет, но никто из нас на самом деле не верил, что это всё – не пустые угрозы, поскольку ксисским автаркам гораздо проще и выгоднее пощипывать богатые острова у южных берегов. Но как бы то ни было, известие дошло до нас – и я прибыл туда с отрядом готовых к бою солдат. Удача, как я уже сказал, благоволила нам.
– Благословение богов, – пробормотала Бриони.
Энеас кивнул. Всем было известно, что он набожен и, не предавая того огласке, жертвовал нескольким храмам, покуда младшие его братья и сёстры проматывали денежки на земные удовольствия.
– Да, и впрямь благословение. Вы уверены, что желаете опять про это слушать?
– Будьте добры, – попросила Бриони. – Нам так редко удаётся услышать новости из уст очевидца.
Принц хитро взглянул на неё.
– Но вы, я слышал, выбирались посмотреть мир – как по пути сюда, так и по прибытии, принцесса.
На мгновение она смешалась, пока не поняла, что он, должно быть, имеет в виду их с Ивгенией вылазку в город. Но с чего бы это Энеасу интересоваться подобными событиями? Если только он не интересуется ею самой и не выспрашивал о ней… Однако Бриони не могла позволить себе излишней самоуверенности: вполне возможно, например, что ему небезразлична Ивгения – милая и жизнерадостная девушка из хорошей семьи.
– И повсюду меня поджидали одни неприятности, принц Энеас, – ответила она, игнорируя ухмылку Фейвала. – Мне, чтобы снова не попасть в переделку, определённо, стоило бы найти советчика получше. Надеюсь, вы не откажетесь побыть им для меня?
Принц улыбнулся.
– Почту за честь, принцесса. Но из того, что мне довелось услышать, я заключаю, что вы действовали храбро и сами отлично со всем справились.
Он и в самом деле был весьма привлекателен – с этим никто не мог бы поспорить. И потому Бриони терзалась на его счёт разными мыслями. В какой-то мере она чувствовала себя предательницей – настоящей, не то что жители владений отца Ивви, старающиеся выгадать полкорзинки ячменя, чтобы протянуть зиму. Ведь она собиралась использовать этого человека – и не во благо ему или его стране, но ради собственной семьи и, отчасти, чтобы исправить свои ошибки. Однако у этого плана было несколько слабых мест. Во-первых, Энеас мог оказаться слишком умён, чтобы позволить собой управлять, и в этом случае она, напротив, вызвала бы отторжение у того, кто мог стать ей верным другом при здешнем дворе. Во-вторых, принц был не из тех людей, кого она с лёгким сердцем обвела бы вокруг пальца. Все, кроме самого принца (что свидетельствовало о привычке к скромности), сходились в том, что Энеас добр, умён и поразительно храбр. Он любил своего отца, но и не закрывал глаз на несовершенства собственной страны. И, как все вокруг уверяли принцессу, был горячо предан своим друзьям. Да как могла она расставлять перед ним силки так называемых «женских чар», добиваясь своего – тот самый способ воздействия, который она так долго презирала, когда им пользовались Анисса, её мачеха, и другие придворные дамы Южного Предела.
«Но моя нужда велика, потому что дело крайне важно, – сказала она себе. – Жизни моих подданных. Трон моего отца.»
«Да, и месть Толли, – шептал ей тоненький вкрадчивый голосок. – Не притворяйся, что ты этого не хочешь».
Не самый благородный мотив, но зато искренний – Хендон Толли отнял у неё почти всё. Он и его брат Карадон заслуживали смерти, и желательно – после долгих мучений и унижения. Хендон не только украл трон её семьи, он заставил Бриони почувствовать себя беспомощной и слабой, и уже за одно это она желала ему смерти. Иногда Бриони даже казалось, что ей никогда уже не стать вновь сильной – пока Хендон не будет наказан за своё преступление.
– Принцесса?
Смущённая, девушка вскинула руку, прикрыв рот. Сколько она уже просидела так, погружённая в свои мысли? Бриони не осмелилась даже взглянуть на Фейвала, который наверняка был просто вне себя.
– Простите, я… – раз уж выпал шанс, надо его использовать. – Я вдруг вспомнила… кое-что печальное…
