– Чтоб тебя! – кричит Седой, подбегая к окну и продолжая палить со второго этажа, пока не опустошает весь магазин. – Ушёл! – чистильщик поворачивает искаженное гримасой лицо. – Сука!
Бойцы молчат, стараясь не смотреть на кровавое месиво, в которое превратилось лицо Парши.
– Помнишь, я говорил, он выедает глаза, – шепотом говорит Хлыщ, обращаясь к Винту, – смотри.
– Да иди ты! – Винт отталкивает Хлыща, проходит по комнате, смотрит на тело. – Обыскать весь дом! – приказывает чистильщик. – Проверить всё! Каждую щель. Все окна, двери, замки. Пока не узнаем, как это залезло в дом, ищем!
– Обожди! – Седой перезаряжает РПК. – Помнишь, что мародёр сказал?
Винт смотрит на бойца.
– Он действует как охотник, – продолжает чистильщик, – мы – дичь. Он пришёл сюда за собирателями, за жратвой, значит, его надо приманить и убить!
Винт ухмыляется.
– А чего ты сейчас в него не попал, а, стрелок Ворошиловский?
– Умный да?! – бычится Седой. – Ты вообще не стрелял!
– Заткнитесь оба! – неожиданно рявкает Хлыщ.
Бойцы недоумённо смотрят на разведчика, сидящего на корточках рядом с Паршой. Руки человека срывают с головы парня ошмётки противогаза.
– Глядите, – Хлыщ хватает Паршу за волосы, – видите, – разведчик указывает на лицо чистильщика, превратившееся в одну сплошную рану, – он словно картечь, выпущенную в упор, словил. Тварь выела ему мозг.
– Нашёл у кого! – смеётся Винт. – Уж точно умней не стал.
Хлыщ злится:
– Зато мы тупим! Вы же тоже почувствовали? Это место, тварь, они точно влияют на нас! Кажут то, чего нет! Как в зазеркалье. Надо уходить пока живы!
– Хватит ныть! – рявкает Винт. – У нас есть приказ! Идём в «Гудок»! Точка! Ещё раз рот не по делу раззявишь, пристрелю! – чистильщик подходит к Хлыщу. – Усёк?!
– Понял я, – цедит Хлыщ и тихо добавляет: – Влезли в жопу по самые гланды.
– Тень, – Винт делает вид, что не расслышал последние слова, – метнись до подвала, узнай, как там Митяй, и скажи ему, чтобы сидел и не высовывался. Пусть придурков охраняет. Потом дуешь сюда, сидишь перед окном и бдишь. Только смотреть в оба!
– Угу, – бурчит Сухов.
Дождавшись, когда Сергей выскочит за дверь, Винт, не говоря ни слова, бьёт разведчика под дых. Охнув, Хлыщ сгибается пополам.
– Будешь панику наводить, – Винт упирает ствол автомата в голову разведчика, – порежу на куски и скормлю псам! Лично! А ты меня знаешь!
– Вломи ему как следует! – встревает Седой. – А то задолбал уже, муть нагонять!
– Да пошли вы! – выдыхает Хлыщ. – Тупари!
– Ах ты сука!.. – Винт, перехватив автомат, заносит приклад над головой разведчика, но не успевает нанести удар, как снаружи доносится протяжный многоголосый вой, который тонет в длинной автоматной очереди…
«Ни хрена не видно! – думает Курц глядя в небольшие оконца, больше напоминающие застеклённые бойницы. Взгляд скользит по тушам псов, кускам человеческого тела и упирается в забор, за которым начинается непроглядная тьма. Парень стискивает рукоять АК-74, чувствуя, как оружие придаёт уверенность.
«И почему, чуть что, сразу меня запрягают?! Курц туда. Курц сюда. Тень так не гоняют! – парень хочет сплюнуть, но вовремя вспоминает, что на нём противогаз. Отойдя от окна, Курц в десятый раз проверяет засов. – И как эта тварь сюда залезла? – парень рассматривает следы от когтей на металле створки. – Ещё подцепить и открыть умудрилась. Умная сука!»
Шум – скребущийся звук, неожиданно раздавшийся снаружи, заставляет сердце Курца прибавить обороты. Отскочив на пару метров, вскинув автомат, чистильщик целится в ворота.
«Ну, давай, иди сюда, лезь! – парень старается унять дрожь в руках. – Паскуда долбаная!»
Скребущий звук повторяется. Кажется, что кто-то ведёт отвёрткой по металлу. Курц уже решает выстрелить, как звук прекращается.
Парень крутит головой по сторонам. Прислушивается к каждому шороху. Ничего. Только ветер завывает снаружи. Собравшись с духом, Курц осторожно подходит к воротам. Постояв секунд тридцать, парень ставит рядом со стеной деревянный ящик. Становится на него. Выключив налобный фонарь и впечатав противогазную харю в оконное стекло, Курц, скосив глаза вниз, смотрит наружу. Линзы из-за учащённого дыхания быстро запотевают.
«Гадство! – думает Курц. – Всё равно не видно!»
Внимание бойца отвлекает шум возбуждённых голосов, донёсшихся со второго этажа.
«Опять Винт всех матом кроет, – Курц поднимает голову, – как ни вылазка, одно и то же. Задолбали! Хоть в другой отряд просись!»
За всеми этими мыслями, парень не сразу замечает, что из смотровой ямы, стоя на куче грязного тряпья, за ним наблюдает волкособ. Почувствовав взгляд, Курц поворачивает голову. Увидев пару горящих огнём буркал и точно окаменевшего зверя, парень от неожиданности дёргается и падает с коробки. Долбанувшись головой о стену, Курц выпускает из рук автомат.
