Сергей слышит, как по ту сторону стены раздаются гулкие шаги. Закинув винтовку за спину, Сухов, достав из кобуры ПМ, входит в гараж. Намётанный глаз, по привычке, отмечает расположение каждого предмета в помещении. Стеллажи, инструменты, стол, табуреты, раскладные стулья, мешки с цементом, сваленные в углу. Машины нет. Одним словом – типичный гараж.
По полу вьётся кровавая дорожка, ведущая от тел мародёров, сваленных у стены, к распашным воротам. Стараясь не наступать на кровь и обойдя смотровую яму, заваленную всяким хламом, Тень присоединяется к остальным. Чистильщики стоят возле приоткрытых створок.
– Ты точно закрывал ворота изнутри? – спрашивает Винт у Седого.
– Да закрывал! – кипятится боец. – Специально спускался и проверял.
– Тогда, как они сюда проскочили?
– Не знаю! – Седой пожимает плечами. – Задолбал уже!
Не обращая внимания на перепалку, Хлыщ, тем временем, осматривает ворота.
– Он правду говорит, – встревает разведчик, – засов открыли изнутри, видите, – Хлыщ светит на царапины на металле, – следы от когтей.
– Изнутри? – удивляется Винт. – Как это? Снова та тварь? – Винт смотрит на Хлыща.
– Да.
– Но в доме никого нет! – теряет терпение Винт. – Мы через весь коттедж пробежали. Не растворилась же эта сука в воздухе!
– А мне почём знать! – Хлыщ продолжает осматривать ворота. – Знать бы ещё, как она сюда попала!
– Так узнай! – орёт Винт. – Это твоя работа!
Хлыщ пыхтит, делает шаг в сторону, намереваясь спуститься в смотровую яму.
– Отставить! – командует, передумав, Винт. – Потом. Выходим наружу, проверяем двор, и все вместе отходим в дом. Хлыщ… – Винт сверлит взглядом разведчика, – двигай первым, мы с Седым прикрываем. Тень, Курц, остаётесь здесь, держите заднюю дверь!
Ребята кивают. Хлыщ, прижав приклад карабина к плечу, медленно открывает створку ворот. Зыркнув по сторонам, разведчик осторожно выходит наружу. Винт и Седой идут за ним.
«Что за хрень здесь происходит? – думает Хлыщ, осматривая лохматых тупомордых псов, отдалённо напоминающих алабаев. – Здоровые какие! Видно на мясе отожрались, людоеды. Вот только, где столько людей нашли? Поселение какое разорили или… – Хлыщ вспомнил, как в одну из вылазок, когда они проходили мимо высоток, в подвалах которых обосновались выродки, на стене дома бойцы увидели грубое изображение, намалёванное углём – оскаленную волчью пасть и надпись под ней «Кара». Тогда кто-то из чистильщиков ещё пошутил, что в будущем увидь кто рисунок, подумает, что это примитивная наскальная живопись. – Да… – продолжает размышлять Хлыщ, – неужели выродков жрут? Тогда мы сами подкинули им…»
– Эй! – ход мыслей разведчика нарушает окрик Винта. – Опять задумался? – чистильщик ударяет кулаком в плечо Хлыща. – Ты мне скажи, – Винт тычет стволом автомата в куски разорванного тела, – чё, псы прям бесшумно подкрались, вытащили из гаража тело и разодрали его?
Хлыщ мотает головой.
– Мы услышали звук возни. Выглянули в окно, а там они, жрут. Сразу стрелять начали.
– А кто за двором наблюдал? – упорствует Винт. – Прощёлкали?
При этих словах Хлыща бросает в жар. Только сейчас он вспомнил, что на «фишке» никто не сидел. Курц возился с Паршой, а он вроде как смотрел в окно… или… ему это только показалось?..
– Я смотрел… – неуверенно отвечает разведчик.
– И ни хера не увидел?! – сатанеет Винт. – Как собаки пробрались, как ворота гаража открылись, как трупак дербанили?
Хлыщ молчит, не зная, что ответить. В разговор вмешивается Седой:
– А теперь какая разница? Что дальше делать будем?
– Осматриваем псов и уходим, – Винт испепеляет взглядом разведчика, – а с тобой ещё поговорим! Весь день из-за тебя – тормозоида – угробили!
Хлыщ стискивает приклад карабина, открывает рот, хочет выматериться, но в этот момент на втором этаже коттеджа раздаётся отчаянный человеческий вопль, который заглушает громогласный рык. Чистильщики переглядываются.
– Это Парша! – кричит Седой.
Бойцы срываются с места. Забегают в гараж. Винт, глядя на Курца, на ходу бросает:
– Закрываешь ворота и сидишь здесь! Бдишь! Ты! – Винт смотрит на растерявшегося Сухова, – за нами!
Секунд через тридцать чистильщики вваливаются в комнату, где оставили Паршу. Бойцы застывают на пороге, видят, что лицо парня, обхватив голову передними когтистыми руколапами, выжирает тварь, чем-то напоминающая огромного белоснежного волка.
– Сдохни! – орёт Седой, поднимая ствол пулемёта и целясь в монстра, отрывающего от лица Парши куски плоти.
Тень, точно со стороны, видит, как палец чистильщика жмёт на спусковой крючок, и… время словно останавливается, превращаясь в зыбкое марево с размытыми контурами, в которых теряются очертания комнаты. Волкособ поворачивает башку, оценивающе смотрит на бойцов налитыми кровью буркалами, разевает окровавленную пасть, а затем рывком уходит с линии огня прыгая в окно. Секунда, и время вновь восстанавливает обычный бег. Слышится грохот пулемётной очереди. Пули бьют в то место, где за секунду до этого находилась тварь, впиваются в тело мёртвого Парши, рвут плоть, пробивая её насквозь, и впечатываются в стену.
