В конце концов Анна заснула на диване в гостиной у Симона и проснулась только тогда, когда Симон зашел на следующий день проверить, жива ли она. К этому моменту он уже понял, что ее ищут. Из леса доносились крики и собачий лай — там явно прочесывали каждый метр. По дороге в деревню сновали туда-сюда мотоциклы.
Инга Херманссон рассказала, что человек в форме охранника приходил в пансионат и спрашивал про Анну, но в домик Симона никто не постучался — что, по его мнению, было даже странно. Он прекрасно понимал, почему им так важно поймать Анну. Она работала непосредственно под руководством Освальда и знала кое-какие его тайны. Кроме того, она красива — СМИ с восторгом ухватятся за ее рассказ. Освальд точно не захочет иметь на шее еще одну Софию Бауман. И вот сейчас Анна прячется в домике Симона — и он пока не решил, как к этому относиться. Ему хотелось, чтобы вокруг него было тихо и спокойно. Надо каким-то образом занять Анну, а потом отослать ее куда-нибудь, где она будет в безопасности. Но когда Симон спросил ее про родителей, она только покачала головой, заявив, что не хочет контактировать с ними, потому что ей стыдно.
— Из-за чего тебе стыдно?
— Ну, это такой позор… Они много раз меня предупреждали, а я не слушала. Написала им сотню писем о том, как хорошо в «Виа Терра». А теперь вернусь, поджав хвост?
— Анна, я уверен, что это их совсем не волнует. Они будут только рады, что ты порвала с «Виа Терра».
— Может быть… Можно мне остаться еще на пару дней?
Симон не мог ей отказать. Он решил пустить ее к своему компьютеру и дать ей прочесть все, что написано о «Виа Терра» в Сети, блог Софии и статьи, которые он сохранил. Прочитав все это, Анна ожила. Но по-прежнему бродила по дому в ночной рубашке Инги Херманссон и спала по двенадцать часов.
— Знаю, что ты можешь сделать, — сказал ей Симон. — София так сделала, и ей это очень помогло. Запиши все — от начала до конца. С первого дня, как ты узнала о «Виа Терра», до того момента, как сбежала.
Когда он вернулся в тот день домой, Анна все еще сидела за компьютером. Услышав его шаги, она обернулась к нему и впервые за все эти дни широко улыбнулась.
— Просто потрясающе!
— Круто, правда? Когда закончишь, можешь выложить свой рассказ в Сети. Анонимно, если хочешь. Даже можешь сделать добавление к блогу Софии. Разбей свой рассказ на кусочки. По одному в день.
Рассказ Анны Симон прочел с большим интересом. Особенно о «проекте Софии Бауман». Она писала, что это проект, который Освальд надиктовал из тюрьмы и который никто не мог прочесть, кроме охранников и начальника отдела этики «Виа Терра». Когда проект пошел не так, как того желал Освальд, он заставил Каллини выгнать охранников и взял все это на себя. Ходят слухи, что он нанял частных детективов и еще кого-то со стороны, чтобы это было сделано. Симон только ломал голову, как, черт подери, возможно делать все это, сидя за решеткой.
— Так Бенни и Стен отправлены на «Покаяние»?
— Какое-то время они там пробыли, но сейчас просто сидят в кабинке и патрулируют территорию. Я слышала, что у Франца есть другие люди, которые теперь ищут Софию.
— Не знаешь, чего он так прицепился к Софии?
— Думаю, ты и сам понимаешь, — после всего, что она сделала… Ведь это она засадила его в тюрьму.
Однако Симон подозревал, что все немного сложнее. Он ломал голову, не обратиться ли в полицию и не сообщить ли обо всем. Действия Освальда выглядели совершенно незаконными. Однако уговаривать Анну идти в полицию явно рано.
После недели ведения блога, сидения в Сети и долгих ночных разговоров с Симоном Анна стала снова похожей на человека. Он дал ей почитать книги со своей полки. Книги о других сектах, написанные психологами и теми, кто порвал с сектой. Через неделю она позвонила своим родителям и спросила, можно ли ей вернуться домой. Как и предполагал Симон, те были вне себя от радости и облегчения.
Однако Анна все время находила повод остаться еще на день. Однажды, занимаясь своей работой, Симон вдруг подумал, что она боится — ее будут преследовать, как Софию. Возможно, она даже опасается, что уже существует «проект Анны Хедберг». В доме Симона она нашла спокойный уголок и не желала его покидать.
— Послушай, Анна, — сказал он ей, вернувшись в тот день с работы. — Они ничего тебе не могут сделать. Не могут прикоснуться к тебе даже пальцем, это совершенно незаконно. Понимаешь? Мне кажется, тебе пора домой, к родителям. Они скучают по тебе.
Ответить она не успела. Влетевшая в комнату Инга Херманссон сообщила, что они победили в конкурсе, и обняла Симона, отчего тот смутился.
— Я останусь еще на несколько дней — на случай если они захотят взять интервью, — сказал он. — А потом возьму неделю отпуска, так что вся слава достанется тебе.
Когда Инга ушла, Симон повернулся к Анне.
— Завтра я одолжу у Инги машину и отвезу тебя к родителям. А потом отправлюсь в небольшое путешествие.
Тут он увидел в ее глазах, что она созрела.
