Но все это — ненормально. Ни то, что он был способен вытворять с ее мозгами, ни эта брюнетка, ни, определенно, тени. Так что да, Бальтазар был вором, но чем будет полезен его арест, для нее или кого бы то ни было? Он просто заберется в чужую голову, сотрет воспоминания и испарится из наручников. Минутное дело.
Поэтому вместо того, чтобы потерять его в ночи, так и не разобравшись в происходящем с ними, Эрика бросила кости и рискнула, решив, что он не причинит ей вреда. Вряд ли это произойдет. Он делал все, чтобы обеспечить ее безопасность…
Вау, подумала она внезапно. Он все еще полуголый.
И как он шикарно выглядел, сидя за ее кухонным столом.
Забавно, что замечаешь… а чего не замечаешь, в зависимости от уровня стресса.
Эрика прокашлялась. И пробормотала:
— Значит ты… одержим ею?
Бальтазар опустил взгляд на пустую подставку под салфетки. Когда он кивнул, Эрика ощутила, что волосы на затылке зашевелились еще сильнее.
— Как ее можно изгнать из тебя?
— Мне нужна эта Книга, — ответил он. — Та, что была в триплексе. Поэтому я был там в ночь, когда мы познакомились. И сегодня я пришел в книжный магазин, потому что погуглил коллекционные книжные лавки в Колдвелле, и эта была первой в списке. Я подумал, что там можно найти зацепку или информацию о происхождении этой книги.
— Я пришла туда с той же целью. — Эрика постучала ногтем по бутылке… и сама себя выбесила этим звуком. — У меня есть одна мысль, где мы можем найти больше информации о ней. Но нужно дождаться утра.
— Каков твой план…
— Что ты такое?
Этот вопрос не давал ей покоя. Самый главный вопрос. На который она боялась найти ответ.
И когда он не ответил ей сразу, Эрика пожала плечами.
— Можешь рассказать мне. Ты говорил, что чем меньше я знаю, тем больше у меня свободы, но это неправда, учитывая, что ты сидишь в одной простыне в моей кухне.
Спустя мгновение Бальтазар кивнул.
— Соглашусь.
Но больше ничего не добавил.
Когда молчание затянулось, Эрика поднялась со стула. Может, дело не в выпитой наполовину бутылке «Миллер Лайт». Может, виновато то, что она увидела этой ночью.
Может, дело в том, в какие места заводила её жизнь — в отвратительные по большей части — поэтому присутствие в её доме представителя другого мира казалось сущим пустяком.
Когда Эрика обошла стол и встала рядом с Бальтазаром, он посмотрел на неё, мускулы его шеи напряглись, когда он запрокинул голову назад.
Не прикасайся к нему, — сказала Эрика себе. Прикоснешься к нему сейчас, и пути назад не будет.
— Его в любом случае нет.
— Что? — прошептал мужчина.
— Неважно.
Эрика подошла так близко, что ему пришлось раздвинуть колени. А потом она коснулась его волос, вспоминая, как гладила его, когда он лежал на полу того склада в луже собственной крови.
— Покажи мне, — потребовала она. — Если не можешь сказать, так покажи.
Между ними повисла напряжённая пауза, казалось настолько же плотная, как воздух после взрыва бомбы. Как выяснилось, это была преамбула к тому, что действительно перевернёт ее жизнь.
Бальтазар поднял верхнюю губу, обнажая зубы.
И когда она обратила внимания на очень длинные клыки…
… они ещё больше выдвинулись из его челюсти у неё на глазах.
Эрика шумно задышала, но даже это не помогло справиться с внезапным удушьем в груди.
— Вампир, — прошептала она.
— Ты не должна меня бояться. Просто знай…
— О… Боже.
С усталостью на лице Бальтазар вскинул руку, пытаясь остановить выводы, к которым она пришла в своей голове.
— Подожди, вы люди всё неправильно понимаете. Мы не кусаем и не обращаем людей, и кол в сердце ни чем не отличается от кинжала. И на хрен дефлорацию девственниц… И чеснок с распятиями нам не страшны. — Он покачал головой. — Мы просто отдельный от вас вид, и мы просто хотим жить в мире, а это бывает сложно, когда вокруг так много людей… И есть другие существа помимо людей, желающие нам смерти. Мы постоянно в состоянии войны. Одно хорошо — мы профи в сражениях.
И на этой ноте Бальтазар скрестил руки на обнажённой груди и откинулся на спинку стула. Судя по напряжённой линии его подбородка ей показалось, что её вид часто его оскорблял.
Добро пожаловать в клуб, подумала она. Порой она тоже не очень любила людей.
— Почему ты улыбаешься? — спросил он.
Протянув руку, Эрика прикоснулась к его губам, не осознавая, что сама лукаво улыбается.
— Эм… кажется, я просто удивлена отсутствию страха. И я шокирована тем, что я не чувствую в нас особых различий.
— Ты не должна бояться меня.
— Я не боюсь, я нахожу тебя…
Замолчав, она сфокусировалась взгляд на его губах. Гадая, каково будет поцеловать его. Просто наклониться и прижаться к его рту.
А ты точно готова к тому, что последует за этим? — спросила Эрика у себя.
— Ты можешь закончить свою мысль, — ответил Бальтазар хрипло.
— М-м?
— Озвучить то, что ты думаешь обо мне. Потому что ты можешь высказать абсолютно любое мнение, когда смотришь на меня таким взглядом.
— Каким взглядом? — Её голос стали ниже, и не потому, что она боялась прослушки. — Скажи.
— Словно хочешь меня поцеловать.
Эрика открыла рот. Закрыла его.
Он вскинул руки.
— Честно, я не против, даже если это простое любопытство.
