Лэсситер сменил низ на черные спортивные штаны от «Адидас». Симпатично, в обтяжку, тем самым подчеркивает мощные и сильные мышцы ног. Так нормально. О, черт. Обувь. Ему нужна обувь. Тапочки с диснеевскими принцессами сюда не особо подходят.
И, П.С., сам факт, что ему пришлось увеличивать их до своего двенадцатого размера ноги, оскорблял. Словно взрослый мужчина не может захотеть тапки с Тианой и Ариэль?
Но это была мрачная ночь. И он хотел, чтобы Рэйвин отнеслась к нему серьезно.
Особенно после того, что она сделала. Боже, он не знал, на что она способна, но чувствовал в ней что-то уникальное, Что-то… могущественное. Но решил, что она просто оказывает на него такое влияние.
Как оказалось, дело в другом.
Постучав в дверь, Лэсситер подождал. Не получив ответа, постучал снова.
Еще раз посмотрев в обе стороны коридора, Лэсситер слегка толкнул дверь… и на случай, если Рэйвин переодевалась, уткнулся взглядом в пол.
— Можно? — позвал он.
Не получив ответа, он на секунду подумал, что она умерла… что она отдала свою жизнь за Нэйта. Но потом он выглянул из-за двери, смотря на кровать.
Женщина, подарившая чудо молодой душе, покидающей этот мир, лежала на двух подушках, регулируемое изголовье койки было приподнято под углом в сорок пять градусов. Белые волосы, напоминавшие тончайший шелк, лежали на ее плечах, ее повседневная одежда — удобная и свободная — плохо сидела на ней, и не потому, что не подходила по размеру.
Рэйвин должна носить шелк и атлас… платья старомодных фасонов, что-то сшитое на заказ по ее меркам.
Весенне-зеленого цвета. Да, этот цвет идеально подойдет ей.
Лэсситер приблизился к койке, паря по воздуху, чтобы не рисковать и не разбудить ее своими шагами. Тело Рэйвин выглядело невероятно хрупким под покрывалом, которым ее накрыли, и она была такой неподвижной — казалось, она плохо спала и сейчас наверстывала упущенное. Вряд ли ей дали успокоительное… ей не поставили капельницу.
Да, судя по темным кругам под ее глазами Рэйвин была просто истощена, и он задумался, что, наверное, здесь она, наконец, почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы выспаться. В конце концов, они были под землей, на охраняемой территории.
Возможно, ей стоит переехать из Дома Лукаса. Куда-нибудь, где ее больше никто никогда не напугает.
Например, в дом на горе, где не бывает людей.
В дом, который не существует на картах, а если кто-то и зайдет на территорию, то дополнительная магическая защита отведет их глаза и мысли и разрушит чувство ориентации в пространстве.
В дом с теплыми кроватями, хорошей полезной едой…
И где живет всемогущий ангел, который может перенести ее на Другую Сторону за секунды, если ей что-то будет угрожать.
Он все еще не понимал, почему она не живет с Сэвиджем и Мэй. Он слышал, что они предлагал ей переехать, но Рэйвин считала, что новобрачным нужно уединение.
— Ой, простите, и не знала, что тут кто-то есть…
Обернувшись, Лэсситер выбросил энергетический щит прежде, чем увидел медсестру в униформе, вошедшую в палату. Когда женщина застыла как вкопанная, а потом ее на добрый фут подняло от пола, она округлила глаза и открыла рот.
— Черт, — выдохнул он, быстро ставя ее на ноги и разжимая хватку.
Она повалилась на бок и уперлась рукой в стену.
— О… Боже.
— Не думай об этом.
— Я, эм… — Ее светлые волосы были примяты от шапки, и она разгладила их. — Я не знала, что есть запрет на посещение пациента. Я просто хотела убедиться, что ей ничего не нужно.
Она бормотала, и Лэсситер был уверен, что сама не понимала, что говорит.
— Не волнуйся. — Он улыбнулся ей. — И — она в порядке?
— О, она потеряла сознание. В палате… — Медсестра остановилась. — Кем вы ей приходитесь?
Лэсситер, вскинув руку, успокоил тревожный разум женщины. Потом отправил ее прочь из палаты… предварительно изучив ее воспоминания и убедившись, что да, насколько это было известно медицинскому персоналу, физически с Рэйвин все в порядке.
Все они считали, что она просто потеряла сознание у кровати молодого мужчины, который исцелился каким-то волшебным образом.
Никто из рядовых сотрудников не знал, что она сделала.
И это к лучшему.
Чем меньше народа в курсе, тем лучше.
Лэсситер протянул руку… и убрал ее. Казалось неправильным прикасаться к ней без ее ведома. И еще — он испытывал перед ней трепет.
Ему следовало уйти.
На стене висели простые часы, белый циферблат и черные цифры. Маленькая и большая стрелки были черными, секундная виднелась тонкой линией кроваво-красного цвета. Наблюдая за течением времени, он сказал себе, что действительно должен уйти.
Но, Боже, оставить ее будет сложно. Конкретно сейчас… или в принципе.
***
Балз вошел из гаража в кухню Эрики. Он прочесал все комнаты и ничего не обнаружил, но настойчивая тревога заставила его сомневаться в том, можно ли оставаться в ее таунхаусе или стоит попытаться найти более обороняемое место. С другой стороны, угроза, которая больше всего его беспокоила, была метафизического характера, поэтому почтовый индекс, другие стены и даже бункер ничем не помогут.
Хорошие новости в том, что он не чувствовал усталости. Вообще.
