Тобио исправно доставил новый приказ. Сам он стоял в отдалении, рядом со штабными и полковником. Молодой воин рвался в бой, но ему пришлось проследить за тем, чтобы стратегию приняли и начали воплощать.
Стоя на холме, под развевающимся флагом, он напряженно следил за битвой через подзорную трубу. Внешне она выглядела как старинная труба, однако на стекле высвечивались дополнительные настройки. Наводишь взгляд, и нужная точка автоматически увеличивается до максимального размера. Даже рукой не надо ничего крутить.
С высоты было прекрасно видно, как люди постепенно оттесняют Берсеркеров к воде. Отсюда им некуда бежать. Их отрезало не только от снабжения, но и от колдунов. Они остались за чертой защитного поля и больше не могли помогать своей пехоте магией. Главное, чтобы люди выдержали! Солдатам нужно продержаться еще долго, пока ряды сомкнутся окончательно.
Тобио перевел взгляд чуть в сторону и с облегчением отметил, что мирные поселения нечисти остались нетронутыми. Они не входили в область маневра, и люди обошлись без ударов по ним. Как и приказывал генерал.
— Вот это я понимаю, наш Кеншин вернулся, — довольно протянул полковник, попыхивая трубкой и тоже глядя в подзорную трубу, — Наконец-то есть стратегия.
Тобио уже и самому казалось, что все это придумал Кеншин. А он всего лишь доставил приказ. Он был на седьмом небе от мысли, что смог повлиять на ход войны. Уже втайне начинал коситься на офицерские погоны. Не ради славы или денег, нет. Только чтобы доказать! Он не просто щуплый заучка, которого всю жизнь дразнили и избивали. Он теперь настоящий военный, взрослый мужчина.
От мечтаний о шикарном мундире с погонами его прервала серия оглушительных взрывов. От земли поднимались столбы дыма и, когда он рассеивался, были видны целые завалы новых трупов…
Тобио вздрогнул и поспешил отвести взгляд. Не всегда война — это новенькая фуражка и сверкающая сабля. Реальность быстро стерла самодовольную улыбку с юного лица.
— Сколько еще им биться? — спросил он.
— Несколько часов, не меньше. Берсеркеры так быстро не сдадутся. Боюсь, смертников будет еще много.
Тобио вздохнул и снова посмотрел в трубу. Сверху все походило на настольную игру с множеством башенок, катапульт и бегущих фигурок воинов. Только смерть была настоящей.
Вдруг из толпы донесся отчаянный крик:
— За генерала! За Кеншина! Ураааа!
Этот клич подхватили еще десятки голосов. Их было слышно даже с холма.
Репутация генерала начинала восстанавливаться.
Артем извивался всем телом, пытался укусить или пнуть. Но Глен держал его железной хваткой. Да и наручники жутко мешали сопротивляться. Артем даже попробовал стукнуть Глена головой — лоб об лоб. Но тоже не вышло.
Когда портал закрылся, они оказались в тесном, грязном помещении. Воздух был пропитан резким запахом лекарств, и на столах громоздились колбы, шприцы и старинные книги. Посередине комнаты стояла больничная койка с угрожающими ремнями. Прям лаборатория безумного ученого.
Едва они появились, как из-за ширмы вышел человек в белом халате… Ну нет, конечно! В темной мантии с белой каймой на капюшоне. Явно не обычный врач. Если бы Артем больше знал об этом мире, он бы с ужасом понял, что перед ним — некромант.
Мерзавцы вдвоем схватили его, и некромант помог Глену затащить пленника на койку и прочно закрепить ремнями. Артем при этом срывающимся голосом выкрикивал все ругательства, какие знал. Они что, собираются его пытать?
— Да перестань ты барахтаться, — с раздражением сказал Глен, вытирая пот со лба, — Я не соврал. Это действительно опытный врач. Ну, и некромант к тому же. Он точно выяснит, что с тобой не так.
— А что потом? — спросил Артем, испепеляя его взглядом, — Сварите мне мозги? Убьете?
— Это будет зависеть от того, что мы найдем, — холодно ответил Глен.
Он повернулся к врачу-некроманту и кивнул в знак того, что можно начинать. А затем спокойно направился к двери.
— Стой-стой! — завопил Артем, извиваясь как уж на сковородке, — Глен, давай поговорим! Не оставляй меня с ним!
Но Глен вышел, не обернувшись, и захлопнул дверь. Даже не услышав протяжное “своооолочь”, раздавшееся ему в спину.
Теперь они остались один на один. Жуткий некромант и бедняга, запертый в чужом теле и прикованный к кровати.
— Послушай, друг, я никогда не был поклонником БДСМ, — дрожащим голосом попробовал пошутить Артем, — Давай ты меня отвяжешь, и мы поговорим. Тебе ведь известно, что я генерал, верно? У меня куча денег (“наверно”).
Некромант не слушал его болтовню. Он медленно подошел к столу и начал собирать какие-то колбы и смешивать шипящие жидкости. А затем потянулся к жуткому серебряному прибору с острым концом. Артему очень не хотелось выяснять, для каких мест предназначалось это острие.
— Слушай, парень, я серьезно! — снова забормотал он, — Тебя казнят, если поймают. Ты имеешь дело с самим генералом. Давай лучше договоримся по-хорошему. Проси все, что хочешь!
— Мне ничего не нужно, — тихо ответил некромант, протирая сверкающий прибор.
— Тогда зачем тебе все это?
— Глен — мой старый приятель. И я задолжал ему в карты.
