— Там, наверху!
Все фуражки дружно откинулись назад, и хищные, злобные лица уставились на нее.
Мелида молча отскочила от перил и поспешила назад в комнаты. Она слышала, как эти проклятые люди с ревом ломанулись за ней. Кажется, охота на прекрасную хозяйку дома возбудила их инстинкты.
Они были уже на лестнице. Мелида на секунду обернулась и, напрягая все силы, метнула в них ударную волну. Всего несколько дней назад она бы легко раскидала любых врагов, но теперь удар получился таким слабым, что даже не долетел до них.
— Да она и вправду растеряла все силы.
— Вперед, братцы!
— Проклятье! — вскричала девушка.
Забежав в одну из комнат, она захлопнула дверь и щелкнула замком. В тот же миг дверь содрогнулась от множества тел, впечатавшихся в нее. Дикари принялись барабанить кулаками в дверь и требовать, чтобы “шлюха Кеншина” открыла дверь.
Мелида бросилась ко второй смежной комнате. Она едва успела переступить порог, когда военные все-таки вышибли жалкую преграду. Зеленой гурьбой они ввалились в комнату, пачкая дорогие ковры своими грязными сапогами.
За ними в комнату издевательски медленно вошел Глен.
— Попалась, птичка! — усмехнулся он.
Мелида стояла на пороге, испепеляя его взглядом. Бежать было бессмысленно.
— Разыскать всех слуг, — приказал адъютант, — Свяжите и бросьте в подвал. Я потом с ними разберусь.
Несколько человек побежали обратно вниз.
Руки Мелиды предостерегающе загорелись синим. Она пыталась вновь использовать остатки своей магии. Но сияние вышло тусклым и почти сразу погасло. Что вызвало бурный смех среди оставшихся военных.
— Неудобно быть обычным человеком? Да, ведьма? — оскалился предатель.
— Мне не нужна магия, чтобы вцепиться тебе в горло, Глен.
— Ну что ж, попробуй, птичка.
— Я скажу ей пару слов.
Офицеры неохотно отступили, и Глен подошел к Мелиде вплотную. Гордячка вытянулась перед ним, изображая презрение и бесстрашие. Но мужчина с удовольствием отметил, как едва заметно дрожат ее соблазнительные, пухлые губы, а грудь быстро поднимается и опускается в тесном корсаже.
Сколько раз он сжимал эту грудь и впивался в эти манящие губы. Но каждый раз было не то. Он знал, что перед ним не настоящая Мелида, и потому наслаждение тоже было фальшивым. О, какое будет блаженство по-настоящему стиснуть ее в объятиях, зарыться лицом в эти густые, черные локоны, входить в нее снова и снова.
Мелида знала, что скрывалось за этим жадным взглядом. Она с двенадцати лет ловила на себе подобные мужские взоры. И уже очень давно догадывалась о запретной страсти адъютанта. Того самого, который всегда смешивал нечисть с грязью. Который оскорблял ее на каждом слове. Любил и ненавидел.
Пока офицеры не могли их слышать, Глен наклонился к самому ее лицу, почти коснулся заветных губ. Мелида не отстранилась и смело посмотрела ему прямо в глаза.
— Я еще могу тебя спасти, — быстро зашептал Глен, — Просто скажи мне “да”. И я увезу тебя к себе и не дам никому в обиду. Никто ничего не узнает, даже твой поганый муж.
— Не боишься испачкаться об меня? — ядовито спросила девушка, — Я ведь колдунья,
— Не строй из себя недотрогу. Ты прекрасно все понимаешь.
— О да, я хорошо понимаю таких козлов, как ты.
— Время идет. Решайся. Церемониться мне с тобой некогда. Выбор простой: либо ко мне в кровать, либо на казнь.
— Пошел ты, Глен.
Лицо адъютанта побагровело от гнева, а кулаки угрожающе сжались. Но Мелида даже глазом не моргнула.
— Значит, ты снова выбираешь ЕГО? В тот раз мы оба сделали тебе предложение, хоть ты и колдунья. И ты выбрала Кеншина. Ты отвергла меня — графа с великолепной родословной. И выбрала это безродное ничтожество.
— И снова выбираю ЕГО.
Офицеры уже начали шушукаться. О чем это Глен так долго разговаривает с проклятой ведьмой? Надо хватать ее и бежать, пока их никто не застукал.
Но Глен сделал последнюю попытку.
— Ты ведь уже знаешь, что это не настоящий Кеншин. В его теле какой-то жалкий болван.
— Нет, в его теле юноша с большим сердцем. Тебе такое недоступно, Глен.
— Ну что же, будь по-твоему, стерва!
Глен резко отошел в сторону и заявил:
— Придушить ее и поджечь дом. Скажем, что в него ударил снаряд.
Офицеры с хищными улыбками повернулись в сторону несчастной девушки.
Но, прежде чем они успели что-либо сделать, мощная невидимая волна ударила по ним, заставив отлетать назад и грохнуться об стены.
Мелида в изумлении обернулась.
Позади Мелиды стоял… дворецкий Боррэй.
Будь это обычный человек, его величественная поза внушала бы уважение и страх. А так пафосная поза живого костюма вызывала только смех.
Мелида не удержалась и прыснула, но тут же постаралась напустить на себя обычный холодный вид.
— Что за…
Офицеры кряхтели и поднимались на ноги, но их тут же снова опрокидывал невидимый удар.
Но дальше стало не смешно. Костюм пошевелил пустым рукавом, и люди стали вдруг рассыпаться в прах один за другим. Оставшиеся ломанулись к дверям, но по пути превращались в такие же серые облака праха, оседавшего на тех, кто еще был жив.
